Пиранья

"

"Мазур его все же хорошо узнал. Самое интересное — и противное — что адмирал нисколечко не притворялся и не играл. Свято верил в то, что говорил — как прежде, свято верил в нечто противоположное. Совершенно искренне, со всем пылом сердца и души колебался вместе с генеральной линией, не отступая от оной ни на миллиметр…

Панкратов добавил не без важности:

— А я, Кирилл, после Нового года из партии вышел. Освободился наконец от этой преступной организации. Колодой на ногах столько лет висела…

Мазур смотрел на него в совершеннейшем ошеломлении — хотя и сделал непроницаемое лицо.

Прекрасно знал, что такой вот Панкратов не первый и даже не сотый, наслышан был об этой публике, внезапно прозревшей и принявшейся сжигать партбилеты. Однако впервые в жизни подобный субъект оказался ему знаком, и не первый год. Покинул преступную организацию, ага. Человек, который пятьдесят без какой-то малости лет протирал штаны во флотских политорганах, поднявшись на этом пути до двухзвездного адмирала… Как там у классиков? Я человек привычный, но и меня замутило чуточку…

— Кирилл, — сказал Панкратов озабоченно, — а ты партбилет им еще в сытые рожи не бросил?

— Да как-то то ли времени не было, то ли случая не подвернулось, — сказал Мазур, чувствуя во рту вкус дешевого мыла.

— Вот это ты зря, — наставительно сказал Панкратов. — Ты давай не тяни. При первой же возможности выходи к чертовой матери из партии. Извини старшего товарища за прямоту, но тебе даже и стыдно в этой прогнившей партии оставаться: боевой офицер, вся грудь в орденах, заслуг перед Родиной несчитано. Что тебе на этой свалке истории делать? Твое место должно быть среди демократов.

Подумай как следует, сколько можно тянуть? Все приличные люди выходят.

— Я подумаю, — Мазур ухитрился произнести это спокойно, с ничего не выражающим лицом. — Извините, Семен Иванович, бегу, мне конкретное время назначено…

Он кивнул, обошел адмирала и стал быстро подниматься по лестнице. Вкус мыла так и стоял во рту. И хотелось стрелять, но он не знал, в кого. Дело вовсе не в Панкратовых… но кто бы объяснил, в ком и в чем?

В армии издавна заведено входить без стука, но на сей раз Мазур, отыскав дверь под нужным номером, все же постучал — хозяйство Лаврика как-никак было специфическим…

— Войдите!

Мазур вошел.

Лаврик сидел в одиночестве перед заваленным бумагами и фотоснимками столом.

— Заходи, садись, — сказал он жизнерадостно. — Что-то вид у тебя… Как будто привидение увидел.

— Панкратова встретил.

— А, ну да, — сказал Лаврик. — Он тут вторую неделю болтается. Прислан, понимаешь, Главным политуправлением приглядеть за ходом перестройки, демократических реформ… В общем, что-то такое.