Пиранья

За день до отлета он, лениво листая местные газеты, наткнулся на очередную сенсацию: генерал, командовавший одним из военных округов, решил обложить данью владельцев расположенных там плантаций какао (больше поживиться было просто негде). История всплыла во всех неприглядных подробностях. Как порой случается, идеалисты, они же бескорыстные правдолюбы-разоблачители, оказались ни при чем — просто-напросто плантаторы давным-давно уже отстегивали процентик местному племенному корольку, чья власть как раз распространялась на этот округ.

И платить в двойном размере им никак не улыбалось: еще и оттого, что королек свой процентик отрабатывал исправно, решал быстро и качественно все возникавшие вопросы. А генерал хотел получать денежки исключительно за то, что он генерал и самый главный тут в погонах. Боярин на кормлении, ага. И получит теперь по полной: история попала не только в газеты, но и в парламент, подключился и Мозес Мванги, и те циники, что усмотрели великолепную возможность шумно попиариться в качестве непримиримых борцов с коррупцией: есть хороший козел отпущения, на котором можно отоспаться…

Навыки распознавания слежки и ухода от таковой у Мазура имелись, но — минимальные.

Квалифицированно этому его никогда не учили. Да и спец, возможно, не сумел бы вычислить быстро, кто именно из аборигенов, в немалом количестве болтавшихся по улицам, на самом деле — топтун. Возможно, агент был и среди жандармов.

И еще. Не один человек — многие видели, как он разъезжал по Лубебо на «Крузере», а потом уезжал на нем из города — мог бы связаться с Патрисом по рации и доложить, как выглядит и куда направилась дичь.

Однако под подозрением в первую очередь Лысый Масаба. Во-первых, его заведение, как и забегаловка при нем, — один из центров городской жизни, где вечно полно народу, где кружат последние новости и сплетни. Именно в таких точках испокон веков сажали агентуру. Во-вторых, именно Масаба мог подшаманить что-то с сальником так, чтобы его вышибло при первой более-менее длительной остановке. Та, первая, не в счет: на полпути меж Лубебо и автострадой Мазур останавливался, чтобы принять очередные меры предосторожности в рамках РМП — но он не глушил мотор и стоял всего-то пару минут. А вот Масаба уже после того, как ударили по рукам и уже не было сомнений, что Мазур берет «Крузер», торчал под машиной, объяснив, что хочет-де еще раз все проверить, чтобы клиент остался доволен. И над душой у него Мазур не стоял…

— Посиди пока, — буркнул он девушке. И отошел к тому месту, что могло быть пышно поименовано и приборной доской.