Пиранья

Мол, я обязана знать национальную культуру, как коренная француженка, к нам и так понаехала куча черномазых, которым наша культура не нужна, если и мы, коренные французы, ее забудем, утратим свою самобытность и всякое такое. Он у меня всегда был жутко неполиткорректным и голосовал за Национальный Фронт.

Она беззаботно щебетала что-то еще на ту же тему. Мазур почти не слушал. Он сидел, откинувшись на жесткую стенку корзины, стряхивая пепел за борт, временами поглядывая вниз, где лес перемежался с обширными пустошами, заросшими высокой желтой травой — это была не ее осенняя окраска (в Африке времена года как-то слабо выражены), а естественный цвет.

Вот теперь он совершенно расслабился. Впервые за время пути вокруг не было ни малейшей опасности. Не грозили ни засады, ни даже рутинные проверки документов. Безусловно, не появятся военные самолеты или вертолеты, способные в два счета раздолбать абсолютно беззащитный аэростат, как бог черепаху.

— Николь, ты очень уж много знаешь… Патрис должен был выходить на связь в какие-то регулярные сроки? Ну, скажем, чтобы доложить о том, что происходит… или о том, что ничего не происходит?

— Ничего подобного, — уверенно сказала Николь.

 — Если все прошло бы согласно расчетам, он должен был доложить только тогда, когда тебя сцапают перед Инкомати — или он справится раньше в одиночку."

"Ну да, Мазур догадался правильно. Точнее, правильно просчитал. Не та ситуация, чтобы требовались контрольные выходы в эфир. А что до рапортов — никто не мог предсказать, даже точно зная, что Мазур в Лубебо, когда он покинет городок.

Только после того, как истечет время, назначенное для поимки Мазура в том городке — и время безусловно отмерят с запасом, учитывая, что воздушный шар все-таки не поезд и не машина, по расписанию лететь не может — события пойдут по привычной схеме. Сначала немного встревожатся, потом забеспокоятся всерьез, потом объявят тревогу, по маршруту шара полетят вертолеты, будет поднята на ноги агентура в Лубебо, но при любом раскладе погоня безнадежно опоздает…

Ни малейшей угрозы.

Единственный гипотетический источник опасности — на безопасной дистанции, надежно зафиксирован. Впрочем… Мазур уже не видел в Николь источник опасности. Потому что нашелся крайне веский аргумент против такой версии…

Допил то, что оставалось в стаканчике и вновь сидел, безмятежно расслабившись. Как порой случается, отпущенные в свободное плаванье мысли по ассоциации вытаскивали на поверхность одна другую. Ален Делон — Индокитай. Значит, Сайгон.