Пиранья

Знаешь, что это такое? Ну, не расстраивайся, я сам узнал буквально пару месяцев назад. Понимаешь, в дореволюционном театре был набор устоявшихся штампов — жестов и телодвижений, выражавших определенные эмоции. Зритель прекрасно все понимал. Крайняя степень удивления изображалась так: персонаж широко открывал глаз, поднимал бровь, и из глаза у него выпадал монокль. Это и называлось — пердимонокль. Да уж…

Всего мы от вас ждали, но не думали, что наберетесь нахальства лезть на грядущие президентские выборы со своим кандидатом, для чего вам и понадобилась крупная неучтенка, в том числе и маленький Алмазный фонд… Ну да, многие расслабились.

Полагали, что шустриков вроде вас убедил печальный пример бывшего комсомольского активиста, потом нефтяного королька, который теперь строчит на машинке брезентовые рукавицы во глубине сибирских руд. Или Березы. Оказалось, не убедил… Вы всерьез собрались лезть к штурвалу. А вот за это полагается дать по рукам…

Олеся прищурилась:

— И вы можете что-то доказать? Может, у вас есть составленный нами манифест: «Мы, нижеподписавшиеся, хотим протащить в президенты России такого-то…» — с нашими подписями? Откуда ему взяться? Железных доказательств нет.

Даже если вы писали тот разговор, где я инструктирую Кирилла, как пустить алмазы налево, — это еще не смерть. В конце концов, камни у вас, а не у меня…

Рация в кармане Лаврика запищала. Он вынул черную коробочку, включил и не подумав выйти в другую комнату.

— Пикник на обочине, — внятно сказала рация.

Лаврик отключил ее и убрал в карман с таким лицом, что знавший его сто лет Мазур понял: поступило какое-то крайне хорошее известие.

— Это еще не смерть… — задумчиво повторил Лаврик.

 — Но и не прежняя жизнь с икрой и омарами. Само по себе намерение участвовать в президентских выборах преступлением не является, никоим образом. А вот организация убийства президента Кавулу, попытка кражи двух килограммов алмазов, попытка убийства адмирала Мазура — совсем другое дело. И доказать тут можно многое. Очень много есть людей, которых можно взять за яйца. Вон там, за стенкой, — он небрежно указал на стену большим пальцем. — Слышала, что сказало радиво?

Сие означает, что в номер к твоему радисту только что пришли в гости ребятки из здешней военной контрразведки.

И обнаружили рацию того типа, владение которыми в Ньянгатале считается уголовным преступлением, связанным либо со шпионажем, либо с организованной преступностью. Ребятки все же будут шить ему шпионаж — это по их линии, при умелой постановке дела можно орденок схватить, очередную звездочку, другие сладкие пряники… — он засмеялся. — Ты баба умная, хитрая и коварная, признаю. Как и вся ваша банда. Только эти качества у вас однобокие. Однобокие.