Пиранья

Видит бог (или, учитывая географическую специфику, Аллах), эти сплетни были сущим поклепом без малейшей почвы под ногами, но по каким-то неведомым движениям души ему стало неловко, словно и впрямь было что-то, чего следовало стыдиться.

– Кто бы спорил, служба! – фыркнула Аня. – Ты ей лекции по марксизму-ленинизму читаешь в приватном порядке и горизонтальном положении.

– Нелогично, а? Если я с ней сплю, то я не импотент. А если я импотент…

– Скотина ты, вот и все.

– Слушай, – сказал Мазур. – Мы можем как-нибудь устроить так, чтобы не трепать друг другу нервы?

– Можем, – моментально и покладисто кивнула она.

 – Как только у нас наладится нормальная семейная жизнь, а не ее жалкое подобие. Ну не гожусь я на роль жены Штирлица с переглядками в кафе «Элефант»! Говорю тебе в который раз: то, что имеет место быть, мне уже ос-то-зви-зде-ло! И в этих условиях еще самое безобидное будет, если я вот-вот раздвину ноги под каким-нибудь местным полковником.

– Боже! – воскликнул Мазур в наигранном ужасе. – Неужели ты еще и Родину продать собралась? Я не переживу!

Ее глаза недобро сузились. Уже отворачиваясь, направляясь в сторону спальни, она бросила через плечо:

– А пошел ты…

– Дверью грохни, – сказал Мазур ей в спину.

 – Так оно красивше и вносит изящное завершение, верно тебе говорю. Ну, ба-а-бах!

Дверью она не хлопнула, аккуратно притворила ее за собой – что, несомненно, стоило ей огромных усилий. Оставшись в одиночестве – отнюдь не гордом – Мазур вздохнул и потянулся к итальянской бутылочке.

На душе было архискверно. Зря он так держался – но иначе просто не мог, накопилась критическая масса. Привыкши анализировать гораздо более сложные и опасные ситуации, он прекрасно понимал, что все упирается в ту самую нехитрую формулу: не сложилось.

Понадобилось довольно много времени, чтобы осознать простую истину и с ней свыкнуться. Собственно, истин нашлось целых две. Первая: жена офицера – это, философски говоря, и профессия, и жизненное призвание, и качество души. Вторая: его собственная жена со всем вышеперечисленным не имеет ничего общего, категорически наоборот. Что вовсе не означает, что она плохая. Она просто-напросто другая. Они разные. Единица плюс единица вовсе не обязательно означают пару…

И все остальное – лишь следствие: участившиеся скандальчики, нытье насчет того, что ему с его знанием языков, наградами и блестящим послужным списком давно пора подыскать более спокойное и престижное местечко, каких в армии ничуть не меньше, чем на гражданке (другие ведь устраиваются!), растущее отчуждение… Если посмотреть правде в глаза, не было у него ни жены, ни дома.

Жилплощадь да официально зарегистрированная с ним женщина – так оно будет вернее.