Пиранья

 – Сказали тебе уже, что доложить!

Салажонок вспыхнул от обиды, но, разглядев на плечах Лаврика погоны с двумя просветами, связываться не стал. Лихо, совершенно по уставу отдал честь, повернулся на месте и припустил к сходням, уже переброшенным на пирс. Лаврик поморщился:

– Детсад форменный. Учить вздумал, как день простоять да ночь продержаться…

– Не ной, – лениво сказал Мазур, не отрывая глаз от прохода меж пакгаузами. – Мы с тобой в его годы были не лучше…

Потом оглянулся. Там, метрах в ста от них, у сходней, торчала немаленькая кучка морпехов.

«Ворошилов» выглядел внушительно и грозно, прибавляя бодрости, но в том-то и соль, что от пуль он их не спасет, броней не прикроет, самим придется извращаться.

Первый грузовик пролетел меж пакгаузами, как пушечное ядро, за ним мчался второй, его брезентовый верх был прострелен во многих местах и опален. Третий, замыкавший процессию, вихлял и гремел, потому что ехал на спущенных колесах, оставляя за собой черные полосы жженой резины и высекая дисками искры из бетона…

Архивы генерала Асади, хранившиеся где-то в укромном местечке, благополучно прибыли.

Как и сам генерал, которого никак не собирались оставлять на милость путчистов – слишком много он знал. В подобных случаях тех, кто много знает, либо пристреливают без шума в укромном уголке, либо, кровь из носу, забирают с собой. В данном случае кто-то высокопоставленный выбрал второе. Асади никоим образом не был битой картой – слишком много наработок у него имелось по внешней разведке, агентуры разослано изрядно, масса каналов и комбинаций работает, так что всю эту благодать следовало вывезти вместе с ее творцом, наплевав на все ультиматумы и устные договоренности со свежеиспеченной властью…

Набитые вооруженными людьми джипы появились во всех трех проходах – и Мазур громко отдал приказ.

Десяток стволов заработали, как ополоумевшие швейные машинки, с двух точек на плоских крышах застрочили ручные пулеметы, и в этом гаме совершенно потерялись хлопки снайперки Зоркого Сокола. Эффект получился молниеносным и уничтожающим: один джип перевернулся, разбросав седоков, тут же пришедших в состояние вечной неподвижности, второй, вильнув, врезался в стену, и с ним произошло то же самое, третий, затормозив, успел задним ходом смыться с глаз долой, потеряв парочку сшибленных пулями пассажиров.

И тут же из-за всех углов по Мазуру и его людям открыли огонь. Они ответили, и все пошло по накатанной. Как обычно и бывает, всякое представление о времени исчезло напрочь.