Пиранья

Карабин прислонен к фальшборту дулом вверх, Джейк на глазах Мазура снимал его с предохранителя, загонял патрон в ствол… Кобура с револьвером у Джейка засунута в карман штанов… Салех все еще сидит над мешками, вспорол второй и достает пакеты, паранг лежит рядом…

Плавным танцевальным движением переместившись на метр правее, положив руку на рукоять паранга, Мазур уже предчувствовал, как сомкнет пальцы на цевье прикладистого карабина…

– А-а, мухари шайтон!

Он недооценил араба – тот взмыл с корточек, словно подброшенный мощной пружиной, в тот же миг подхватил паранг, бросился на Мазура с молниеносной грацией хищного зверя…

Практически не раздумывая, ибо тело само знало все наперед, Мазур выбросил руку фехтовальным движением.

Лезвие паранга вошло в загорелую грудь араба без малейшего сопротивления, как в масло, вот только при этом раздался странный, ни на что не похожий, ни разу в жизни не слышанный Мазуром хруст. Он и дальше действовал, как автомат: ушел левее, сторонясь лезвия, полоснул своим парангом по шее оседающего врага, пониже уха, что-то теплое плеснуло в глаза…

И к его ногам упал мертвец.

Негромкий удар, тело неподвижно простерлось на грязных досках палубы, чуть подрагивая ногами…

Некогда было испытывать чувства. Какие бы то ни было. Быстрым движением перехватив паранг зубами, Мазур – как-то отстраненно ощутив на губах нечто соленое – схватил карабин, прицелился.

Джейк промедлил не более пары секунд – он выхватил из кармана кобуру и рвал застежку согнутыми пальцами, не сводя с Мазура застывшего взгляда, в котором еще не было ярости, одно безмерное удивление… Клапан кобуры распахнулся, не было ни времени, ни потребности в гуманизме…

Мазур нажал на спуск.

Карабин знакомо дернулся в руках, время на миг застыло, показалось, что вылетевшая желтая гильза невероятно медленно уходит в сторону по параболе… Второй выстрел, для гарантии. Джейк оседал, нелепо разинув рот, скрючившись, кобура выпала из разжавшихся пальцев, револьвер глухо стукнул о палубу, струйка крови поползла по подбородку…

Сделав скупой шаг вперед, Мазур повел стволом, стараясь держать в поле зрения обоих противников.

Они лежали неподвижно. Выбросив стреляную гильзу, Мазур впервые за время схватки ощутил в голове нечто похожее на связные мысли, но не понимал еще, о чем думает. Сделал еще один шажок вперед – и тут индиец, к которому Мазур ощущал нечто вроде брезгливого превосходства, которого решил оставить в живых, вдруг извернулся с неожиданной для грузного и похмельного мужика быстротой, выбросил вперед руку, а в руке сверкнуло дуло…

Выстрел метров с пяти опрокинул Гурбачана на палубу.