Счастье на десерт

Да и теплее, — оборвав предыдущую фразу, бросил он вслед волчице. — Сени не отапливаются. Если что-то будет нужно, я здесь. Тёмной ночи, единственная моя!

Дверь захлопнулась, и Дея осталась одна.

Первым делом обошла комнаты, с интересом обнюхала всё, и убедилась — здесь пахнет только Ардарским. Похоже, ни одна чужая нога порога дома не переступала. Ни нога, ни лапа. По крайней мере, в течение предыдущих трёх-пяти дней.

Что, сам топил, сам убирал, сам застилал постель чистым бельём?

Надо же!

Устраивал гнёздышко для пары?

На мгновение Стеше стало стыдно и грустно, но потом она вспомнила, что Ардарский фактически купил её у отца, запретил видеться с Артёмом, а потом и вовсе заявил, что она принадлежит ему.

И желание извиниться испарилось, не успев толком сформироваться."

"А следом накатила такая усталость, что веки сами по себе стали закрываться. Дея еле-еле успела вспрыгнуть на кровать, зацепить покрывало и, покрутившись вокруг своей оси, «свить» гнездо, как её сморил крепкий сон.

Проснулась она от ощущения чужого присутствия.

Только что волчица лежала расслабленно и уютно сопела, а в следующий миг взвилась вверх, принимая боевую стойку. На пол полетели подушки и покрывало, одеяло сбилось в один комок с сорванной простынёй.

— Оу, оу! Полегче! — знакомый, но от этого не менее неприятный голос.

Дея оскалилась на невозмутимо стоящую посреди комнаты Киру.

«Откуда она взялась?! — мелькнуло в голове. — Где Ардарский?!»

— Боря, ты уверен, что она вменяема? — повернув голову в сторону входной двери, поинтересовалась сестрица. — Ты что там застрял? Войди и успокой свою… истинную. Объясни ей, что я здесь не по своей воле. То есть по своей, но если бы не непредвиденные обстоятельства, я бы ваше уединение ни за что не нарушила.

Последнее слово женщина произнесла с плохо скрытой издёвкой.

И сразу же со стороны сеней донёсся низкий, отчётливый рык и потянуло тяжёлой энергетикой рассерженного альфы.

— Боря, ты что?! — переполошилась Кира. — Я же шучу! Убери, ты сделаешь Стешеньке только хуже! Ей покой нужен, и не только физический. Не переживай, я всё поняла. Помогу я твоей паре, если она сама не сможет обернуться! Правильно сделал, что не потащил бедняжку в посёлок, волкам совершенно не нужно знать, что случилось!

Рык стих, давящая сила отхлынула.

— Извини, Кира, не хотел. Но это сильнее меня — никто не смеет говорить о моей паре с насмешкой или пренебрежением!

— Я не…

— Понял уже, что поспешил. Видишь ли, Кира, я и сам в несколько разобранном состоянии, — извиняющимся голосом произнёс Ардарский. — Ты видела, я два месяца ходил по грани, думал, с ума сойду. Истинная рядом, вот она, руку протяни, но нельзя. Не принимает! Под конец уже еле держался, ограничил контакты, оставив только самый минимум.