Свадьба (не) состоится

Как будто он ей не поесть предложил, а перемыть весь этаж, это как минимум.

Упрямая, вздорная женщина! Но до чего же красивая…

Левон невольно залюбовался ее идеальным овалом лица, дерзко вздернутым подбородком, пухлыми губами.

А потом взял и поцеловал.

Не смог удержаться, слишком тянуло его прикоснуться к ее чудесному ротику. Едва прикоснулся, уже не смог оторваться. Очень скоро почувствовал, как Кира обняла его за шею, доверчиво прильнула. И совсем растаял от такого явного поощрения. Стал целовать ее щеки, шею. А потом наклонился, прошелся руками по бедрам, задирая ее платье, и подхватил, поднял на уровень своего роста, прижав спиной к стене. Стал целовать ее яростнее, с максимальной страстью.

Несколько блаженных минут они миловались так.

Но вдруг Кира прекратила отвечать на поцелуи, уперла руки ему в плечи и зашептала:

– Левон, я к такому не готова…

– К чему «к такому»? – поначалу даже не понял он.

– Ты ведешь себя так, будто мы уже помирились… А мы ведь договорились, что просто встречаемся!

«Просто встречаемся…» – прорычал он про себя. Ох уж эти договоры.

– Ну тебе же приятно, – проговорил он, донельзя возбужденный.

– Мне приятно. Но меня волнует, что будет после вот этого приятного…

– Давай сейчас не думать о будущем, – проговорил он, обжигая ее губы жарким дыханием. – Мы в настоящем, здесь и сейчас мы хотим быть вместе. А будущее будет завтра…

– Здесь и сейчас? – переспросила она взволнованно.

– Да, – ответил он с чувством. – Пожалуйста, позволь мне тебя любить! Ты же тоже хочешь, я чувствую. Только сегодня…

Он опять поцеловал ее, крепче подхватив под ягодицы, и почувствовал, как она снова обвила руки вокруг его шеи.

А потом все было так, как он хотел. Страстный, одуряюще приятный контакт, которого он никогда не забудет. Он прижимал к себе Киру так крепко, как только мог. Ласкал ее губами и руками, доводя до предела. Ведомые одним на двоих желанием они слились в едином ритме, щедро дарили друг другу ни с чем не сравнимое удовольствие.

Кира осталась с ним.

И на ужин, и на вечернее кино, и на ночь.

Он смог ее убедить. Убеждал старательно – словами, ласками, даже молчаливым обожающим взглядом.

О, что за чудесная это была ночь – прямо как в тот волшебный период, когда он жил с Кирой в Москве. Дурак, не ценил тогда, как это здорово просто обнимать ее в кровати, чувствовать ее рядом, быть с ней снова и снова, пока хватало сил. Наконец, засыпать, уткнувшись носом в ее макушку.

Волшебная ночь!

Но вот какая беда – закончилась слишком быстро.

В шесть утра Левон проснулся от плача Каролины. В полудреме наблюдал, как Кира подскочила, принялась кормить дочку.

А потом услышал от любимой искренне ненавидимый им вопрос:

– Отвезешь нас домой?

Что делать, пришлось везти.