Свадьба (не) состоится

Сестры переглянулись и одновременно кивнули.

Глава 14. Переболевший

Вот уже полчаса рабочего времени Левон неподвижно сидел за столом и, как последний истукан, пялился на телефон. Утро, в офисе дел невпроворот, а он все продолжал глазеть на экран мобильного.

С экрана ему улыбалась Кира – рассматривал присланное ею когда-то селфи. Все фото удалил, а это не смог, рука не поднялась. Самое любимое.

Кира была на нем хорошенькой, как картина. Свежая после утреннего душа, в одном полотенце на голое, мокрое тело, влажные кудри разметались по плечам. Улыбка у нее прямо неземная, Левон по наивности думал, она так улыбалась только ему… Гордился тем, какая красивая у него невеста.

Предательница.

Казалось, давно переболел ею, давно отпустил. Но в последние сутки вдруг снова накрыло. Душа болела, сердце жгло, даже уши – и те горели. Он заметил сегодня утром явные покраснения, чего раньше не наблюдал. С чего бы это?

Говорят, когда горят уши, это значит, что тебя кто-то вспоминает. Отчего-то из всего обилия знакомых подумал он именно о Кире.

Стоило впустить воспоминания о ней в душу – и понеслось…

Былая обида вскрыла грудную клетку, обнажила сердце и принялась с аппетитом жрать.

Такой боли и страданий, что Кира ему причинила, он не испытывал никогда. И не испытает. Трудно ему пришлось, ой как трудно. Все потому, что до нее в жизни никого так не любил, и после уже вряд ли полюбит. Бывшая невеста отобрала у него эту способность. Не привлекали его другие женщины. Не нравились, не возбуждали."

"Уж он старался вышибить клин клином. Ходил с Багратом и Артуром на вечеринки, активно общался с женским полом. А толку? Не было ни на грош. Ни одна не пришлась по сердцу. И он прекратил гоняться за недостижимым.

Видит бог, мало кому в жизни было так же тяжело, как Левону в последние месяцы. Весь иссох, исстрадался, разъела его изнутри любовь проклятущая.

Только недавно начал потихоньку восстанавливаться. Снова пошел в спортзал, подналег на работу, стребовал себе повышение оклада. Жизнь, казалось, начала налаживаться. И тут на тебе – откат к исходному положению на максимальной скорости.

Он давно перестал ждать, что Кира объявится, ведь она укатила в свою Анапу, нагадив в душу. Но вот именно этой ночью отчего-то уверился – дождется от нее звонка. И все. Стоило допустить эту мысль, как никакие другие в голову не лезли. Только образ Киры и ее ласковый голос.

Умом понимал – не дождется, она не позвонит. Если бы хотела с ним связаться, давно связалась бы. Но поди объясни это треклятой пятой точке. Да, да, именно задним местом чувствовал – позвонит! Еще чуть-чуть, и он увидит на экране ее имя. Она ведь до сих пор была записана в его телефонной книжке. У нее-то он номер стер, а у себя – нет.