Усадьба госпожи Аннари (СИ)

За ней здание пекарни. Захожу внутрь, чтобы купить что-нибудь вкусненькое. Выбор того, что здесь пекут, оказывается не особенно большим: белый хлеб, тёмный хлеб, пирожки и пироги.

Проходим мимо харчевни «Сытый гусь» и приближаемся к обувной лавке. Качество обуви мне нравится здесь больше, чем на рынке, так что решаю приобрести обувь для дочери именно тут.

Дальше по пути аптека и мастерская артефактора, но туда я решаю заглянуть позже. За ними магазин с посудой и товарами для дома, а потом начинается сквер, засаженный липами.

Вернувшись на постоялый двор и пообедав, узнаю, что до закрытия работного дома ещё полно времени, поэтому тем же составом, только с Асей и Татиной в довесок, возвращаемся на торговую улицу. Покупаю обеим домашние платья, тёплые платки, кофты и шапки. Татине дополнительно приобретаю шубку и парочку тёплых платьев. У обувника подбираем зимние и осенние сапожки, а потом дружной толпой отправляемся в работный дом."

"До работного дома идём около получаса. У входа в одноэтажное длинное здание без какой-либо отделки нас встречает служащий. Узнав цель нашего визита, провожает в комнату и просит подождать.

Через пару минут он приводит пять женщин разных возрастов. Я никогда раньше никого не нанимала и мало понимаю, как это делать, но от кухарки мне в первую очередь хочется опрятности, во вторую — чтобы человек мне понравился. Осматриваю женщин, и кажется, что никто из них мне не подходит: блондинка бросает слишком призывные взгляды на Рансона — не хочется жить под одной крышей с девицей лёгкого поведения; ещё у двух настолько грязные ногти, что готовку я бы им не доверила; брюнетка в строгом платье выглядит так, словно съела лимон, а последняя дама столь преклонного возраста, что возникают сомнения, справится ли она с нагрузкой.

— Госпожа, вы выбрали? — интересуется служащий.

— А ещё кто-нибудь есть?

— Для знатных домов подходят только они.

— Значит, есть кто-то ещё? Покажите, пожалуйста, остальных.

— Как скажете, госпожа. Подождите за дверью, — обращается он к кандидаткам, а потом уходит.

Ещё через пару минут заходит молодой на вид паренёк, за ним дородная дама крестьянской внешности и ещё одна, лет тридцати, за юбку которой цепляется маленькая голубоглазая и светловолосая девочка не старше пяти лет. Именно последняя женщина привлекает моё внимание. У неё нет грязи под ногтями, она одета в латаную, но чистую одежду, а светлые волосы стянуты в аккуратный узел на затылке. Волосы её дочери тоже аккуратно заплетены, и что мне нравится больше всего — малышка не выглядит запуганной.

Спрашиваю у этой женщины:

— Как твоё имя?

— Риса я.

— Ты умеешь готовить?

— Да, госпожа, — отвечает она. — Только дочку я не брошу.