Венец безбрачия

Я, конечно, ожидала каких-то гадостей, но в изложении вдовствующей графини все это прозвучало так гладко и так уверенно, что я с опаской покосилась на своего мужа. Однако Леона, похоже, ничто не смущало. Он посмотрел на мэтра Хофмана и приказал:

– Мэтр, будьте добры, пригласите сюда нашего гостя.

Аделаида слегка нахмурилась и спросила:

– Мальчик мой, тебе не кажется, что эти разборки – дело семейное? Согласись, будет страшно неловко, если сплетни о твоей бывшей жене начнут гулять по окрестностям. Мне кажется, не стоит привлекать чужих, достаточно просто отослать её в подходящий монастырь.

– Произнося все это, графиня даже не посмотрела на меня, как будто говорила о неодушевлённом предмете.

– Я думаю, госпожа Аделаида, вы будете рады видеть нашего гостя, – спокойно сообщил ей Леон. – Это ваш старый знакомый."

"Он снова посмотрел на кастеляна и утвердительно кивнул, а мэтр Хофман поднялся и вышел за дверь. Даже мне стало интересно, кого же привез с собой Леон. Вчера вечером он слушал меня внимательно и, как мне показалось, полностью поверил мне. Он даже сообщил, что вся казна рода доставлена на место и сохранилась полностью.

Он говорил о том, что привёз с собой тело отца и на днях состоятся приличные похороны. Но ни о каких гостях речи не шло, и потому я с тревогой посматривала на дверь.

Мэтр Хофман привёл с собой совершенно незнакомого человека. Высокий темноволосый мужчина лет сорока. Довольно красивый, вот только забавные, почти кошачьи, усы под породистым носом слегка портили его внешность. Если судить по одежде – далеко не беден, хотя вещи казались слегка измятыми. Но достаточно сказать, что кожаный колет был украшен позолоченными пряжками, а в распахнутом вороте рубахи виднелась толстая золотая цепь сложного плетения.

Выглядел мужчина несколько утомлённым, но по сжатым в нитку губам и по надменному кивку, которым он поприветствовал сидящую за столом компанию, можно было понять, что он – как минимум дворянин. Он здоровался с мужчинами как с равными, а на меня и вовсе не обратил внимания.

Но самой приметной чертой в его внешности было вовсе не породистое лицо, а массивные железные браслеты на руках, соединённые длинной и грубой, местами ржавеющей, цепью. Гость выглядел настолько непривычно, что я вопросительно взглянула на Леона, пытаясь понять, кого он привёз.

И тут я заметила странную вещь: Леон не смотрел на гостя, не смотрел на усаживающегося на своё место мэтра Хофмана, зато не отводил взгляд от лица мачехи. От совершенно белого лица госпожи Аделаиды…

– Софи, мэтр Бертольд… – заговорил мой муж. – Я должен представить вам нашего гостя. Знакомьтесь, это – дон Эстебан де Мондез, эспанский подданный и непутёвый младший сын Великого Гранда Эспании Аустурцио де Мондеза.