Венец безбрачия

У меня спросила, понимаешь? Люди вокруг нас не глупее тебя и очень быстро догадаются, что с нашим браком что-то не то. Это, дорогой муж, первое. Второе, – я глянула ему в глаза, и поняла, что он внимательно меня слушает: – Линна – просто служанка. Но мне вполне может задать вопрос, например, барон Конрад. И я снова не буду знать, что ответить. Тебе не кажется, что выбранная тобой стратегия изначально проигрышна?

- Ого! Ты знаешь, что такое стратегия? - кажется, он действительно удивился.

- Я много, что знаю, Леон. И мне жаль, что ты не озаботился простыми объяснениями.

Некоторое время муж молчал, обдумывая мои слова или что-то другое. На меня он даже не смотрел, и я внутренне начала нервничать, сразу подозревая всякие сложности и проблемы. Те проблемы, которые могут коснуться моей жизни. Например, у него наверняка есть право отправить жену в монастырь и потом спокойно жить, забыв забрать меня оттуда. Возможно, он и не такой моральный урод как муттер, готовая сгноить меня в дурдоме. Но устроив меня в хорошем монастыре он даже не будет мучиться угрызениями совести – средневековая мораль вполне допускает такое.

Наконец мой муж кивнул, как будто соглашаясь с какими-то своими мыслями и, так и не подняв на меня взгляд, заговорил:

- Что ж, Софи, в твоих словах есть определённый смысл. Не знаю, чем ты сможешь помочь в моей истории, и какие выводы сделаешь, но раз уж тебе так хочется, я расскажу…

Глава 31

Муж рассказывал историю не глядя мне в глаза и иногда слегка морщился. Видно, что делиться такими вещами ему не слишком приятно. Но, тем не менее, в рассказе его все было чётко и логично и, хотя история была запутанная, со многими сложностями, мне становилось понятно, почему он так поторопился с браком.

Он даже, собирая в складки скатерть на столе показал мне, как это выглядит географически.

Не знаю, два ли это континента или два острова, соединённых широким перешейком. Испокон веков земли на перешейке принадлежали с нашей стороны двум графствам, дальше, в самой узкой части, проходила граница с Эспанией.

Эспания – очень обособленная страна, полностью находящаяся под властью религиозных фанатиков. Конечно, таких слов мой муж не говорил, но то небольшое описание чужой страны, которое он дал, могло напугать любого, выросшего в светском государстве.

Эспания полностью находилась под властью кардиналов и епископов, но был там ещё одни жуткий социальный институт: Святая Инквизиция. А ещё эспанцы очень хотели нести свою веру в мир и любили присоединять земли еретиков к собственным.

Пограничные графства назывались Шартонг и Эстре. В силу специфического географического положения многие поколения графов вынуждены были дружить.