Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

У него были еврейские черты лица, во рту сверкало несколько золотых зубов, от чего улыбка его была в буквальном смысле ослепительной, на пальце красовался перстень, на галстуке – булавка с жемчужиной. Он протянул руку Дайне, и когда та подала свою, пожал ее с почтительной теплотой.

– Вы, я полагаю, леди Биллингтон-Смит? Позвольте постороннему человеку, мадам, выразить свое глубочайшее соболезнование! А вы мистер Биллингтон-Смит?! Печальная утрата, сэр! Поверьте, я вам глубоко сочувствую.

– Большое спасибо, – ответил Френсис. – Но я не тот, за кого вы меня приняли. И это не леди Биллингтон-Смит. Мы, увы, простые смертные.

– Тем не менее рад познакомиться, сэр, – ничуть не огорчился мистер Льюис. – Ужасная история! Получив письмо Лолы, я сразу же сказал себе: «Ничего с ней не должно случиться». Это моя точка зрения, и вряд ли я ее изменю. Поэтому опасаться меня совершенно не нужно. Успокойтесь. В данном случае ваши интересы – интересы мои. – Он повернулся и положил руку на плечо слегка шокированному Финчу. – Сбегайте наверх к мисс де Сильва, голубчик, скажите, что Сэм Льюис здесь.

– Сходите, пожалуй, Финч, – сдавленно сказала Дайна.

Мистер Льюис сочувственно поглядел на нее.

– Слегка нервничаете? Понимаю. Любящий муж и нежный отец погиб в собственном доме, а беззаботные гости, не подозревая о разыгравшейся жуткой трагедии, предавались своим невинным увеселениям. Какой сюжет! Две колонки и фотографии на первой странице, даю вам слово. Но этого быть не должно. Ничего не должно случиться! Таков мой вердикт. Теперь я скажу вам кое-что, и поверьте, чего Сэм Льюис не знает о рекламе, того и знать не стоит. – Он приблизился к Френсису и потыкал его в грудь коротким пальцем. – Уразумейте вот что. Событие, которое во Франции сделает вас звездой, чье имя станут писать шестифутовыми светящимися буквами на каждом заборе, в Англии может обеспечить вам разве что первый выход в каком-нибудь третьеразрядном мюзик-холле, и, когда вы станете исполнять свой номер, зрители будут искать в карманах шестипенсовик, чтобы купить программу и вычитать, что за актеришка перед ними. Поверьте, сэр, это истинная правда. Я знаю, вы хотите мне возразить. Но поверьте Сэму Льюису, вы глубоко ошибаетесь. Романтический ореол – это хорошо, не спорю. Но публика капризна. Нужно держать руку на ее пульсе. Именно там я и держу обе свои руки. На пульсе публики. И скажу вам вот что: английской публике нужна сентиментальность. Она смотрит на Лолу в «Танце апачей» с Грегом Лэмли. Это сама необузданность! Это первобытный восторг! Но Господи, неужели вы думаете, что зритель хочет видеть в Лоле девушку, причастную к последнему делу об убийстве? Нет, сэр! Выбросьте это из головы. Вы совершенно не понимаете публики.