Блейз Уиндхем

Милорд Энтони достанется тебе!

Первое, что поразило Дилайт в плане Генриетты, — его простота. Ее даже не потрясла мысль об убийстве родной сестры. Полубезумная страсть к Энтони перевешивала все доводы рассудка. Внезапно Дилайт задумалась.

— Если мы будем пропитывать рубашку твоим ядом, мы и сами можем погибнуть, — заметила она.

— Я приготовлю для нас особое снадобье для рук — засохнув, оно защитит нас от яда. Но сразу же после этого мы должны будем вымыть руки."

"— Давай начнем сегодня же, — решила Дилайт. — Мне понадобится несколько недель, чтобы раскроить рубашку, сшить ее и вышить.

— Потому-то я и помогу тебе, милочка, и ты успеешь вовремя. Ты сделаешь подарок мадам Блейз в день своего отъезда, и когда она умрет, ты будешь уже далеко. А уж я позабочусь, чтобы она надела рубашку в ту же ночь. Доверься мне, милочка, — так, как доверялась в остальном. — Генриетта заговорщически улыбнулась Дилайт, но та уже далеко унеслась в мечтах, представляя день своей свадьбы с Энтони Уиндхемом.

Дни сливались в недели, весна была в самом разгаре.

Прошло Вербное воскресенье, а за ним и Пасха.

Усевшись в гостиной и сблизив головы над шитьем, они аккуратно клали стежок к стежку, но никому не показывали свою работу.

— Это сюрприз! — говорила Генриетта.

— Сюрприз для моей сестры, — пояснила Дилайт леди Дороти. — Она была так добра ко мне, несмотря на мою грубость. Не знаю, смогу ли я простить ее за Энтони, но теперь я не питаю к ней вражды — ведь родители уже устроили мой брак с ирландским лордом. Выйдя замуж, я покину Англию и, возможно, больше никогда не увижусь с родными.

Слова Дилайт звучали вполне разумно, но ее глаза говорили совсем иное. Леди Дороти не в чем было упрекнуть девушку, но она испытывала неловкость всякий раз, когда видела, как Дилайт и Генриетта хихикают, устроившись в уголке. Генриетта Уиндхем… она оказалась гораздо хитрее, чем думала леди Дороти поначалу. Блейз была права. Брак — единственное решение, и, как считала Доро, брак с достаточно пожилым человеком, который не пленится этой девчонкой так, чтобы не наказывать ее, если это понадобится.

Прошла Пасха, приблизился день отъезда Дилайт, и за дочерью прибыл лорд Морган. Все было уже готово, сундуки Дилайт уложены и погружены в повозку. Что касается самой Дилайт, она предпочла отправиться домой верхом, в обществе отца. Все прощания завершились заблаговременно, и едва взошло солнце, отец и дочь были готовы отправиться в путь.

— У меня есть для тебя подарок, — сказала Дилайт, обращаясь к Блейз.