Блейз Уиндхем

— Да! Моя дорожная одежда готова?

Геарта искоса взглянула на госпожу, и ее взгляд означал: когда это я забывала хоть что-нибудь приготовить? Она помогла Блейз выбраться из роскошного придворного платья и переодеться в простую дорожную одежду из малинового шелка и такой же плащ с гранатовыми застежками.

Пока Блейз завершала туалет, ее горничная закончила укладываться и велела дворцовым лакеям отнести оставшийся багаж в экипаж ее светлости.

— Если ты готова, Геарта, жди меня во дворе. Я не задержусь.

— Хорошо, миледи, — ответила Геарта и покинула покои.

Блейз медленно обошла комнаты, где некогда обитала, как любовница короля.

Ей не хватило времени попрощаться с ними перед свадьбой с Энтони Уиндхемом. Часть ее души навсегда останется в Гринвиче — вот здесь, в этих комнатах, где она провела столько часов с королем Англии. Она долго смотрела на Темзу, которая в этом месте была особенно широка, и королевскую пристань на другом берегу. Темза так отличалась от прелестной и пасторальной речушки Уай! Эта великая река вела к самому сердцу Англии, к Лондону, ее воды служили Генриху Тюдору, самому могущественному властителю христианского мира. "

"С тихим вздохом Блейз отвернулась от окна и сквозь открытую дверь взглянула на широкую постель. Сколько часов она провела здесь, развлекая царственного любовника, насыщая его чудовищные аппетиты? Господи, как боялась она вначале, а затем открыла древнюю истину, известную всем женщинам с начала времен. Она узнала, что каждый мужчина — всего-навсего мужчина, живое существо, которое отчаянно нуждается в любви, нежности и сочувствии. Мужчины могут любить по-разному, но их потребности всегда одинаковы. Постигнув эту истину, она перестала бояться.

— Любуетесь местом своих былых побед, если их и вправду можно назвать победами, леди Уиндхем? — послышался сзади насмешливый голос Анны Болейн.

Медленно повернувшись, Блейз оглядела стоящую перед ней девушку, длинные рукава платья которой искусно скрывали шестой палец на одной из изящных ладоней. Этот палец считали колдовской отметиной, хотя никто не решался высказать такое мнение вслух.

— В любви не бывает побед, мистрис Болейн. Любовники поровну делят их, но вы, конечно, не можете этого знать, дорогая.

— Я никогда не отдамся так легко, как вы, Бесси Блаунт или моя глупая сестра, которая до сих пор плачет по своему царственному любовнику, — выпалила мистрис Болейн.

— Милое дитя… — начала Блейз, но Анна Болейн перебила ее:

— Я не дитя! Мне уже девятнадцать, я всего на два года моложе вас, миледи Уиндхем.

— О любви вы знаете не более чем дитя, мистрис Болейн, — возразила Блейз, — и потому лучше послушайте меня. Не знаю, что случилось с вашей сестрой или леди Тейлбойз, но я поняла одно: я не сдалась даром.