Блейз Уиндхем

Несколько раз ее голова клонилась на грудь, дважды она плескала себе на лицо воду из ведра, чтобы взбодриться. Наконец, не в силах удержаться, она задремала и проснулась внезапно от гробовой тишины в сарае, где вдруг стихли все звуки. Перепугавшись, она протянула руку и коснулась лба Геарты — она слышала, что горничная еще дышит, но ее дыхание было очень слабым.

— Миледи?

Голос Геарты! Слабый, едва уловимый, но тем не менее голос Геарты! К тому же впервые за несколько дней она открыла глаза и смотрела прямо на Блейз.

— О Геарта, ты жива! — радостно воскликнула Блейз.

Геарта с трудом улыбнулась хозяйке, а затем, закрыв глаза, погрузилась в почти здоровый сон.

— Она выжила, — заявил капитан, присев рядом с Блейз. — Теперь ей нужен только отдых, но потница, хвала Богу, оставила ее в покос!

Блейз расплакалась от счастья, а капитан поднялся и стал смущенно переминаться с ноги на ногу. Инстинкт повелевал ему утешить женщину, но рассудок запрещал это — ведь Блейз была его госпожой. К радости капитана, она вскоре успокоилась.

— Со мной все хорошо, капитан, — сказала она, — но если бы кто-нибудь мог посидеть с Геартой, я вышла бы подышать свежим воздухом, — не дожидаясь ответа, она поднялась и вышла навстречу разгорающемуся дню.

Рассвет только начинался, и небо на востоке приобрело оранжево-алый оттенок, который сменился кораллово-розовой полосой, а затем — густо-лиловой. Она переходила в лавандовую и окаймлялась золотой лентой, протянувшейся вдоль всего горизонта. Блейз с восторгом смотрела на небо, возвещающее появление огненного светила. Внезапно сквозь пение птиц она расслышала топот копыт по дороге, с запада.

— Капитан! — позвала Блейз. — Капитан, эрл едет!

Всадники остановились у сарая, и, спрыгнув с коня, Энтони подхватил Блейз на руки.

— Слава Богу, ты здорова! — выдохнул он. — Слава Богу! — И под одобрительные крики слуг он поцеловал жену, а затем спросил:

— А как Геарта?

— Перелом болезни только что миновал, — объяснила Блейз. — Капитан сказал, что она выживет. Сейчас она спит.

— Отлично! Надо поскорее доставить вас обеих домой, мой ангел.

— А дети? Ты отослал их в Риверсайд, как я просила?

Опасность пока близка, Тони. Не знаю, не заразился ли еще кто-нибудь из нас в Гринвиче.

— Дети отправились с моей матерью в Риверсайд в тот же час, как мы получили твою весть, Блейз. Их жизнью я дорожу не меньше, чем ты.

— Тони, мне надо так много рассказать тебе, — начала она. — Когда я была в Гринвиче…

Но Тони прервал ее:

— Об этом мы поговорим, когда будем дома, мадам.