Блейз Уиндхем

Она виновато взглянула на него, но эрл заговорщически подмигнул ей. Да, в очередной раз поняла Блейз, она сумеет с легкостью полюбить этого человека.

— А теперь, — провозгласил отец Мартин, завершая краткую церемонию, — новобрачные должны появиться на ступенях перед церковью, дабы получить благословение.

Когда они вышли из церкви, Блейз увидела, что весь двор и дорога за ним переполнены людьми. Завидев эрла и его жену, толпа разразилась приветствиями. Отец Мартин с улыбкой поднял руку, заставляя прихожан замолчать, и вскоре крики стихли — слышались лишь шорох ветра и щебет птиц.

Блейз и Эдмунд опустились на колени перед священником на каменные ступени церкви, и отец Мартин благословил их зычным голосом, доносящимся даже до самых отдаленных зрителей. Когда он снял ладони с голов новобрачных и они повернулись лицом к людям, еще более громкие и радостные возгласы понеслись над толпой.

— Да благословит Господь графиню! Долгих лет и наследников для Лэнгфорда! — слышалось громче всего.

Эрл и графиня уселись в экипаж и, сопровождаемые толпой, вернулись к Риверс-Эджу, где в садах у дома должно было состояться всеобщее пиршество.

— Я объявил этот день праздничным, — объяснил Эдмунд.

Блейз ответила мужу улыбкой.

— Как бы я хотела, чтобы рядом со мной сегодня были родные! — задумчиво произнесла она.

Эдмунд взял ее ладонь, перевернул ее и поцеловал в запястье.

— Обещаю, они приедут, как только ты освоишься здесь, — его глаза ласкали ее, и Блейз решила, что ей нравится волнение, которое она испытывает под взглядом Эдмунда.

На лужайке Риверс-Эджа был устроен навес для гостей.

Телячьи, оленьи, бараньи туши целиком жарились на открытых кострах у берега реки.

На столах возвышались горы булок, круги золотистого сыра, плетеные корзины, доверху наполненные яблоками и грушами. Гости откупоривали фляги с сидром и элем. На десерт был припасен огромный свадебный пирог.

На помосте под навесом подавали более изысканные и тонкие яства, а также крепкое вино. Новобрачные сидели, окруженные родственниками и гостями — в основном дворянами, живущими по соседству, хотя никто из них не обладал таким высоким титулом, как Эдмунд Уиндхем, кроме Оуэна Фицхага, эрла Марвудского.

Лорд Фицхаг бесцеремонно оглядел Блейз и выпалил:

— Черт побери, Эдмунд, где это ты добыл такую красавицу? — он усмехнулся и склонился над ладонью Блейз. — Мадам, если у вас есть сестра, не менее прелестная, чем вы, смею заметить, что мне нужна жена. Несносная болтушка, с которой я был обручен с самого рождения, умерла от оспы.

— У меня семь сестер, милорд, — отозвалась Блейз с самым серьезным видом. — Если вы выскажете свои пожелания, надеюсь, мой отец сумеет удовлетворить их.