Девчонки, я приехал!

Вот-вот заполнит всего Сергея Ильича, для мыслей, для дела не останется места.

– А вы что предлагаете, товарищ? – спросил человек в кителе довольно миролюбиво. – Тянуть и медлить?

– Тянуть и медлить – это одно и то же, – повторил Сергей Ильич, и кто-то из соседей ощутимо пнул его ногой под столом. От пинка начальник КБ немного покачнулся.

– Эээ… – протянул главный инженер, – ты, Сергей Ильич, того… к словам не цепляйся. Товарищ генерал за дело болеет, не просто так говорит.

– Генерал Гицко, – представился китель. – Вы опоздали, мы с вами и не познакомились!

– Новый начальник первого отдела, – продолжал главный инженер.

«Первый отдел» – так называлась спецчасть, отвечавшая за соблюдение секретности на всех объектах.

– Я так и подумал.

– Значит, железнодорожники отказываются доставлять форштевень и ахтерштевень, – громко продолжил главный инженер, косясь на Сергея Ильича. – Не проходят по габаритам. Какие будут предложения, товарищи инженеры и мастера? Что предпринять?

Все опять разом заговорили, застучали ладонями по полированному светлому столу, заваленному «синьками».

– Необходимо подключить партийное руководство железной дороги, – перекрывая остальные голоса, проговорил генерал Гицко внушительно.

– Форштевень 30 тонн, кажется, – расстёгивая пиджак и вздыхая, проинформировал главный технолог. – Ахтерштевень… сколько?..

– Восемьдесят, – подсказали с другого конца стола.

– Вот-вот. Ни одна железнодорожная платформа такой груз не возьмёт. Да и полотно вряд ли выдержит.

– Так ведь строительство нового ледокола требует нового отношения к делу, – продолжал Гицко.

Повисла пауза.

Главный инженер встал, протиснулся к окну и распахнул форточку. В жаркую комнату сразу повалил морозный пар.

– А ты что молчишь, Сергей Ильич?

– Я считаю, штевни нужно самим варить. Собирать по частям прямо здесь, у нас.

– Да там сталь по сто пятьдесят миллиметров! – неуверенно возразил кто-то из инженеров. – Как её варить, такую?

– Прожектёрство, – оценил генерал Гицко.

Сергей Ильич потёр глаза, высоко на лоб сдвинув очки.

…Лихорадка, лихорадка.

Прилечь бы вот прямо здесь, на стульях, и чтоб сверху навалили все тулупы и шубы, может, станет чуточку теплее, перестанет колоть в глазах, остановится кузнечный молот в голове!.."

"– Я начал расчёты режимов, при которых наши сварочные аппараты смогут варить такие толщины. Ещё на минувшей неделе начал, – проговорил Сергей Ильич и открыл папку с тесёмками. – Вот здесь начальные прикидки.