Его строптивая малышка (СИ)

Как ей только кусок поперек горла не встал?

– А еще есть кое-что, что я затрудняюсь отнести к хорошему или плохому. Мутное дело про наше наследство обрастает все больше интригующими деталями. Могу сказать одно, оно точно есть, есть желающие нам помочь прибрать его к рукам. Осталось дело за малым: пойти туда, не знаю куда, найти то, не знаю что.

Мне трудно скрыть раздражение. Все эти загадки интересны, когда ты читаешь книжку или смотришь фильма, а когда это происходит в твоей жизни, и от скорости решения зависит, кто придет к финишу первым, неясности только нервируют.

– Ты просила меня подумать, не помню ли я чего-то, что могло бы навести нас на след. И знаешь, кажется, кое-что действительно врезалось мне в память. Не знаю, насколько это то, что нам нужно, но можно попробовать поразмышлять в этом направлении.

– Что ты имеешь в виду? – ну может хоть у Ви есть путная идея, откуда начинать поиски папиного наследства.

– Мне было восемь, это где-то за год до смерти отца. Тебе, значит, лет четырнадцать стукнуло. Папа тогда много с тобой занимался математикой, вы долбили что-то сверх школьной программы, а я у вас под боком читала книжки. Даже тогда я обращала на это внимание, но не придавала значения. Он очень часто повторял эту фразу, по нескольку раз за занятие. Припоминаешь?

Я сижу с остекленелым взглядом. Эту фразу я помню очень хорошо. Тогда я даже бесилась, настолько она мне надоела, потому что отец повторял ее к месту и не к месту.

Неужели это и есть кончик нитки из клубка?

Глава 52. Комната отдыха

Чтобы проверить теорию Ви, нужно вернуться в свою квартиру."

"Думаю, будет правильно сделать это вместе с сестрой. Вот по дороге из аэропорта и заедем.

И вроде решение принято, а мысли все время возвращаются к воспоминаниям из прошлого: неужели отец уже тогда пытался вложить мне в голову нужную информацию? Доверить такие важные вещи девчонке, стенающей от алгебры, в мозгах у которой сплошные тряпки и мальчики? Это уже после смерти отца я взялась за ум, а тогда я была классическим подростком со всеми полагающимися взбрыками и капризами.

Я вспоминаю и думаю, думаю и вспоминаю. Уже распрощались с Шаховым, обменявшись с ним контактами, Гордеев даже проводил нас до машины, и мы выдвинулись домой, а я все размышляю над тем, что папа на меня надеялся.

– Ты сестре позвонила по поводу досрочного возвращения? – пытается привлечь мое внимание Данил. Выглядит он усталым, к своему стыду, я даже не обращала внимания на суть его переговоров «без галстуков», но судя по всему они были не из легких. Он устало откидывается на спинку сиденья и растирает шею.

– Да, – задумчиво отвечаю я. – Она сегодня отпишется по дате и времени прилета. Хочу ее встретить.

Староверов согласно кивает.