Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

 – Ослушаешься меня – получишь второе предупреждение!

– То есть сущность призывали оба, виноваты оба, а идти ей? – неожиданно грубо рявкнул наг.

– Яни… – Положила руку на его плечо, останавливая.

– Я с тобой.

– Не надо. Что он мне сделает?

– Его глаза горят зеленым, не к добру это.

Я остановилась и взглянула на друга.

– Яни, да хоть серо-буро-малиновым. Лучше пусть его заботят мои глаза.

– Рески, ты меня не слышал? Дай только повод, и я пинками вышибу тебя из своей академии. Ты, жалкое подобие мужчины!

– Осторожнее, господин ректор, – шипящий голос змея приобрел устрашающие нотки, – я ведь могу и оскорбиться.

Не забывайтесь и помните, кто я есть.

– Яни, – поймала полный лютой злобы взгляд друга, – кто-то должен быть умнее.

Он усмехнулся и отошел, скрывшись в густой тени, его словно не стало.

– Алевтина, мне повторить приказ? – Валевски плевался от бешенства.

– Ну что вы, уже спешу в ваш кабинет, – процедила, прищурившись.

Рыжий сморчок самодовольно задрал подбородок, совсем как тогда, в магазине.

Зря он так… Ну что ж, сам виноват. Нечего бесить ведьму!

* * *Молча следуя за Валевски по коридорам и лестницам, ловила на себе сочувственные взгляды с многочисленных портретов.

Дамы, напыщенные господа… И вот же нелепица – все рыжие. Усмехнувшись, вдруг поняла, что моя неприязнь не распространяется ни на Яни, ни на Эмеса, ни тем более на Злату.

Память услужливо подсунула обложку романа со знойным шотландцем. На его месте неплохо смотрелся бы Эмес. Наверняка у него под рубашкой обнаружится такая фигура, что пальчики оближешь. Все же ведун – выпускник военной академии… Да, к одному рыжему меня определенно влекло.

– Проходи, – неприятный голос отвлек от пикантных мыслей.

Взглянув на ректора, поморщилась. Подделка под мужчину какая-то. – Располагайся удобнее, у нас будет долгий разговор, Аля. – Валевски расплылся в улыбке, а я внутренне содрогнулась.

– Аля я для друзей! Для вас – Алевтина.

– Надолго ли, девочка? – перебил он. – А ты совсем не изменилась. Такая же колючая и бойкая.

– Да, я все еще та, а вы постарели. – Губы искривились в усмешке.

– В этом ты права. – Он снисходительно указал мне на кресло.

Покачала головой. Ей-богу, лучше бы не признал. О некоторых знакомствах не стоит и вспоминать…

– Вы все еще ищете в продуктовых магазинчиках благородных куриц или уже смирились с их плебейским происхождением?

Я думала, он улыбнется, оценит подколку, но нет.

– Ваш мир я больше не посещаю, – мужчина высокомерно поджал губы. – И одного раза хватило.

– Ну и правильно, не ваше это!

– Не смей дерзить мне, Аля! – заорал он, теряя лицо.

– Алевтина! – процедила в ответ.

– Я сказал – Аля, значит, Аля. Сядь! – рявкнул так, что я действительно села. – Слишком много разговариваешь.