Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

 – Я тебе покажу, как по чужим сумкам лазить!

– Да я только хотел посмотреть, как сшито. Не будь жадной! Алька, слезь с меня.

– Сначала верни мое белье, гад!

– Не отдам, пока все швы не изучу, – взвизгнув как девчонка, он залез с ногами на мою постель и поднял руку с красным трофеем, размахивая им как знаменем.

Но и я не разжимала рук, нежно придушивая жертву земной моды. Убедившись, что так просто от меня не избавиться, Яни снова сиганул на пол. Грохот в комнате стоял неимоверный. Дабы усмирить этого ползучего мерина, я подтянулась и обхватила ногами его талию, намекая, что с его спины не слезу.

Буду висеть намертво, как клещ!

– Отдай! – шипела нагу на ухо. – Нельзя бесить злую ведьму.

– Нет, – упорствовал он, – ты его спрячешь и больше не покажешь. Хочу этот бюстик себе!

– Перетопчешься!

– Нельзя быть жадной, Алька, тебя мама не учила делиться?

– Учила, но не такими же вещами! Да еще с мальчиками!

Яни сделал очередной круг по комнате и, запнувшись о перевернутую сумку, грохнулся на мою кровать. Естественно, я следом за ним.

– Верни, говорю!

– Нет! – Он вытянул руку вперед, чтобы я не достала злополучную красную тряпку.

Взвыв от бессилия, на эмоциях впилась зубами в плечо гада.

– Ай! Алька! Убери клыки! Убивают!"

"Так тебе, гадюка вредная. Аспид упрямый!

И надо же было такому случиться, что дверь в комнату открылась именно в этот момент.

Появившийся на пороге Эмес замер и проморгался, словно сгоняя наваждение.

– Алевтина, выплюнь. Он ядовитый. – Ведун приподнял бровь и осмотрел комнату.

Разжав челюсти, машинально вытерла рукавом место укуса и собственный рот.

– Молодец. А это что? – Господин Валынский забрал у Яни мой бюстик и, повертев его в руках, пошловато ухмыльнулся.

– Да отдайте же мое белье! – взвыла, соскочив со спины нага. – Что вы за люди такие?! Да какие вы люди?! Вы нелюди!

Выхватив у ведуна многострадальный лифчик, закинула его в сумку и встала посреди комнаты, сложив руки на груди.

Достали!

Застыв изваянием, мужчины внимательно следили за мной. Видимо, гадали, прилетит им или нет. Пнув одну сумку ближе к своей койке, вторую, наполовину распотрошенную, поставила рядышком. Поморщилась.

В комнате сохранялась тяжелая тишина.

– Значит, так.

 – Я уперла руки в бока. – Ты! – Метнула взгляд на Яни. – Не смей ковыряться в вещах без спросу. Увижу тебя, гад ползучий, с моими… – Я покосилась на Эмеса, все так же довольно лыбящегося, и запнулась. – Ты меня понял, – смутившись, закончила свою мысль.

– Да, Алька, – наг сполз с кровати и протянул ко мне руки, – не руби сплеча. Я же из чистого любопытства. В исследовательских целях…

– Нечего там исследовать, – рявкнула в ответ.

– Это несправедливо! Что тебе, жалко? – В его глазах застыли непролитые слезы.