\

А ты давай штрафную! — достав из-под стола переливающийся разными цветами «хромо», я поставил его перед девушкой.

— Ох, ни фига себе подгончик! — ругнулась она, — Только я не извращенка, чтобы хороший продукт на штрафы переводить. Плесни-ка мне вон той жижи.

Заявление было несколько спорное, жижа была дорогим крепким коктейлем на основе каких-то там трав, но все же по цене кратно уступало «радужному» напитку. Крепость тридцатка, но я, не стесняясь, бахнул сразу полстакана. Рокси это ничуть не смутило, залпом осушив емкость, она даже закусывать не стала, так лишь фыркнула и потянулась за «хромо».

— Чин-чин, — подняла она бокал, — За встречу.

Чокнувшись, мы сделали по глотку. И мне снова не повезло в этой рулетке. Вкус был… сладким. Настолько сладким и приторным, что аж затошнило. И образ, что догнал меня, был ему под стать… Я словно утопал в липкой сладкой вате. Стойко перенося последствия, я посмотрел на улыбающуюся Рокси?

— Вкусненько? — осведомился я.

— Неа, — все так же давя лыбу, ответила моя собутыльница, — Как будто разбавленного спиртом мышиного помета жахнула.

— А чего тогда радуешься? — задал я вопрос, понимая, что улыбка несколько натянутая.

— Я не радуюсь, а пытаюсь это в себе удержать, — был ответ.

— На, закуси. Клянусь Шивой, отпустит, — протянул ей Радж куриное крылышко, и та охотно согласилась, засунув его чуть ли не целиком в рот.

То, что отпустит, я не сомневался… В том, что снова прихватит, тоже — успел заметить, как товарищ макнул угощение в свой соус. Хотя есть шанс, что, будучи китаянкой по рождению, Рокси привыкла к подобным переборам. Без шансов. Сначала с облегчением и даже с удовольствием она прожевала откушенный кусочек…

А затем её глаза натурально полезли на лоб, губы вытянулись трубочкой, а взгляд начал ошалело скользить по столу. Предвидел подобную ситуацию, я услужливо протянул ей заранее приготовленный бокал пива. Выглушив его в пару глотков, дыша как загнанная собака, Рокси с прищуром уставилась на Раджеша.

— Ты меня что, убить хотел? — спросила она севшим голосом, пуская слезу.

— Не, ну че? Ведь вкусно же? — удивился Радж.

Латте «прыснула» в кулак, Оля отвесила «отравителю» подзатыльник.

— Первые две секунды, да. А теперь я свой собственный язык не ощущаю.

— Это ты с непривычки!

— В задницу такие привычки…

— До задницы тоже дойдет, — уверенно покивал парень.

Второй глоток «хромо», как назло, снова оказался невкусным, хоть и вполне приемлемым — сильный привкус хвои. А вот образ просто сказка — прохлада весеннего леса, теплое ласковое солнышко, пробивающееся сквозь редкие ветви.

— Ням-ням, — счастливо отчиталась китаянка. — Малинка с пузырьками. И радостное такое ощущение, словно в детстве в парке аттракционов.