Голые чувства

После того как тот смыл кровь с разбитой губы, осмелел и попытался возражать, когда один из бравых парней Хватова сел за руль белого седана.

— Ее отгонят обратно в салон, — уточнил Данил. — А ты поедешь со мной.

— К-куда? — Левицкий тут же весь сжался, даже как будто ростом меньше стал.

— Как куда? Вещи собирать, потом к Сладе, попрощаешься и свалишь из города, ясно тебе? — процедил Данил зло.

— Я… Так сразу? Эй, вы что, со мной поедете?

— Да, провожу тебя, проверю, следуешь ли инструкциям. Посмеешь дурить, вылетишь из города без денег… Ты всё понял? — спросил Хватов, прищурившись.

— Да понял, понял…

Данил пихнул струсившего противника на заднее сиденье джипа, сел рядом, и машина тронулась. Когда подъехали к нужному дому, даже удивился, что Левицкий снял квартиру в более-менее приличном доме. Видно, ради Слады расстарался…

«Зачем спать с какой-то шалавой, если ты сделал предложение любимой девушке?» — всё крутилось в голове у Хватова. Не мог он этого понять при всем желании. И ненавидел людей, не умеющих держать данные клятвы, — это уже личное.

Когда зашли в квартиру, в глаза бросились одиноко стоявшие в прихожей ботильоны на каблуке.

— Мля… — услышал он досадливый возглас Левицкого.

Видно, тот тоже понял, кому принадлежала обувь. Игорь сразу поспешил в гостиную, а потом оттуда раздалось его почти нежное:

— Сладёныш… Ты как здесь?..

— Игорь! Я так рада, что ты пришел пораньше… А меня с работы уволили! Я хотела прийти к тебе в салон, потом подумала, что тебе там не до меня, решила дома подождать…

— Почему ты плакала? Это из-за работы? Что случилось? — спросил Левицкий.

— Ой, столько всего… Я даже не знаю, с чего начать…

Данил поначалу собирался остаться в прихожей, дать им поговорить спокойно, но Слада всё фонтанировала эмоциями, а Левицкий ее не прерывал. А потом она вдруг попросила:

— Обними меня, пожалуйста…

В этот момент у Хватова в мозгу будто переключился рубильник. Кулаки сжались сами собой, дыхание стало частым, шумным.

«Может, он еще и трахнет ее на прощание?!» — заскрежетал он зубами и пулей влетел в гостиную.

Застал чудную картину: Левицкий тянул руки к зареванной Миловой, а та аж вперед подалась, чуть с дивана не падала, так хотела в его объятия.

— Эй, руки от нее убрал! — рявкнул Хватов чересчур зло.

Как только Игорь услышал его голос, руки тотчас отдернул, а Слада замерла с круглыми глазами, уставилась снизу вверх сначала на Хватова, потом на своего горе-жениха. Так и осталась сидеть на диване, подобрав под себя ноги.

— Игорь, что это значит? — забубнила тихонько.