Голые чувства

Сожрет, как пить дать, сожрет… и вкусно ему будет!»

— Данил Викторович… — начала она.

Но он перебил:

— Просто Данил.

— Хорошо… Данил… Это обязательно?

— Что именно? — Его левая бровь поползла вверх.

— Ну… завтрак, — пожала плечами Слада.

— Тебя мама не учила, что это самый важный прием пищи? Конечно, обязательно, — усмехнулся он.

Слада села на указанное ей место, проглотила все свои возмущения и осмотрела угощения.

«Мама дорогая…»

Чего тут только не было! Омлет с грибами, жареный бекон, как показывали в сериалах, — дома-то Миловы такой никогда не жарили. Тосты, сыр, колбаса пяти видов, не меньше, тарталетки с красной и черной икрой, салат из свежих овощей.

Слада давно заметила: Хватов любил, чтобы для него обязательно ставили на стол сладкое в избытке. Почти никогда к нему не прикасался, но попробуй только забыть положить нужное количество конфет к кофе, тут же нарвешься на грозный взгляд и резкую фразу вроде «мы экономим?».

— Ты любишь кофе, Слада? — спросил он, внимательно на нее смотря.

— Да… То есть нет. Без разницы.

— Без разницы? — переспросил Данил, и его левая бровь снова поползла вверх.

А Слада и правда не знала, любит ли она кофе. Она могла его пить, да. Но могла и не пить.

Обычно на кухне Миловых руководила не она. Сначала роль правящего лидера принадлежала маме, а затем Каролине. А у той семь пятниц на неделе — сегодня кофе обязателен, поскольку ей нужна бодрость, завтра это жуткая бурда, которую вредно пить, послезавтра она любит зеленый чай с жасмином. Слада привыкла подстраиваться, чтобы избежать лишних споров.

— Чай? Какао? Сок? — не успокаивался Хватов.

— Да неважно, — покачала головой она.

Господин начальник глянул куда-то в сторону, еле заметно кивнул, и очень скоро рядом со Сладой появилась девушка в такой же кипенно-белой форме, как и скатерть. Она взяла с подноса чашку с черным чаем и поставила перед Миловой.

— Спасибо, — сдавленно поблагодарила та.

Сделала маленький глоток восхитительно вкусного чая, и снова захотелось благодарить.

— Ешь, Слада, — скомандовал Хватов.

Демонстративно взял в руки здоровенный серебристый планшет с изображением яблока на задней крышке и увлекся перелистыванием чего-то важного на экране.

Слада снова обвела взглядом стол, повела носом и распознала тот самый, любимейший запах, который обожала с детства.

«Вафли! Домашние вафли!» — мысленно простонала она.

Обласкала их взглядом, в мечтах полила шоколадом и съела раза три-четыре. Рука сама потянулась к ним.

И тут Хватов снова ожил:

— Ты всерьез собираешься начать с десерта? Лучше съешь что-то полезнее быстрых углеводов.

Сказал и снова повернул голову к планшету, наверное, даже на секунду не усомнился в том, что Слада послушает.