Господин моих ночей

Интересно, он догадывается о том, что я его вижу? И вообще, это нормально, что я могу видеть не только своего алхора, но и этого, совершенно мне постороннего?

Новые вопросы, которые я благоразумно оставила при себе и не стала озвучивать. Мне и без того проблем хватает.

В руку ткнулся холодный нос. Горгул, пользуясь тем, что мы заняты разговором и на них с драконом никто не обращает внимания, подобрался ко мне и потерся о ладонь, нагло напрашиваясь на ласку.

— Здравствуй, Хвич! — погладила его за ухом, и мой охранник чуть слышно заурчал.

—Занятно. Твоя альтэ уже и с фамильяром нашла общий язык, — незамедлительно отреагировал Тэйн. И хищно прищурился. — Я же говорю, удивительная девушка.

Вот вроде бы и комплимент, а по спине пробежал неприятный тревожный холодок. И Хвич вдруг подобрался, глухо зарычал. Да и дракон, до этого спокойно сидевший поодаль, внезапно оживился и целенаправленно двинулся в мою сторону.

Горгул насупился, царапнул пол, и дракон тут же остановился. Сел, свесив голову набок, и стал меня рассматривать. Хвич выждал пару мгновений и снова рыкнул. В ответ дракон зашипел. Мой приятель вскинулся, оскалился и рявкнул громче. Дракон не задержался с ответом и тоже обнажил свои острые белоснежные клыки. Не знаю, кого как, а меня они точно впечатлили.

— Не... Трону… — отдалось в голове далеким, скрежещущим эхом, и я с трудом удержалась, чтобы не подскочить на месте и не переспросить: «Что?»

— Это Мишь, — голос Хвича я узнала сразу, хоть и звучал он как-то странно, не снаружи, а словно внутри меня. — Не бойся. Не обидит.

Хм... Мне кажется, или я стала понимать горгула намного лучше? А вот Айтон с Тэйном их, похоже, и вовсе не слышат.

Фамильяры, что бы это слово ни значило, продолжали тем временем шипеть и рычать друг на друга, разыгрывая им одним понятное представление. Хотя нет, благодарный зритель у них все же нашелся."

"— Если ты не хочешь, чтобы Элис обследовали маги, Айтон, то против суда фамильяров уж точно не станешь возражать, — заявил Ройстан, задумчиво глядя на разошедшихся монстров, которые уже вовсю размахивали крыльями, портили когтями пол и злобно сверкали глазами. — Вся десятка не может ошибаться. Она всегда беспристрастна, объективна и почувствует любую, даже тщательно спрятанную, запечатанную магию. В этом случае достаточно одного наблюдателя от алхоров, чтобы соблюсти все необходимые правила. Что скажешь, дружище?

Суд фамильяров... Звучит непонятно, но очень угрожающе. Я бы непременно испугалась, если бы не чувствовала, как под пальцы осторожно подныривает рогатая каменная голова успокоившегося горгула, и не слышала его негромкое басовитое сопение, дарившее мне такую необходимую сейчас поддержку.

Да и со стороны дракона, как ни странно, не ощущалось ни малейшей угрозы.