И дочка в подарок (СИ)

Я вскочил с кресла и даже галстук ослабил, потому что показалось, будто в кабинете стало душно, как в сауне. Только не как в той, в которой я мечтал оказаться с Алиной, а в такой, что больше напоминала адов котел.

- Константин Павлович, вы когда недотрога, такоооой сексуальный, - перешла в атакующую позицию Лидия, и я решился.

Сам шагнул к ней, схватил за плечи и хорошенько встряхнул. Груди секретарши заколыхались, как море в десятибалльный шторм. Пока меня не снесло штормовым волнением, я твердо и уверенно сказал:

- Не сметь позволять себе неуставные отношения! - Вышло довольно грубо, лицо Арбузовой скривилось.

Еще немного пораскинув мозгами, дополнил спич:

- В сторону других мужчин - не препятствую. Но только чтобы не страдала работа!

Я ожидал чего угодно, но только не того, что случилось уже в следующую секунду. Лидия вдруг разрыдалась и, схватив меня за лацканы пиджака, припала лицом к моей груди. Мои руки так и оставались лежать на ее плечах, и я уже было собирался отстранить секретаршу, пока она не промочила мне костюм, когда от дверей раздался голос того, кого я желал видеть в самую последнюю очередь.

- Какая занятная сцена! - Малиновский (а это был именно он) начал хлопать в ладоши. - Не против, если я немного понаблюдаю? Давно не был в театре, нужно устранять этот культурный пробел.

Я сцепил зубы. С Артуром мы расстались более чем нехорошо, потому я очень рассчитывал, что больше этого персонажа рядом с собой не увижу.

- Устраняй его где-нибудь в другом месте, - мрачно проговорил я, отлепляя от себя Лидочку.

Она шмыгнула носом и умчалась в приемную. Я искренне вознадеялся, что весь мой посыл до нее не только дошел, но и был понят в точности.

- Не получится, - пожал плечами Артур и, подойдя к креслу, устроился в нем с таким видом, будто он здесь хозяин.

Я обошел рабочий стол и присел на его край напротив Малиновского. Своего рода эффект превосходства - когда противник как бы снизу. Хотя, что и говорить, в этом положении Артур оказался еще тогда, когда мы поделили фирму.

- Получится, - ухмыльнулся я. - Если у тебя топографический кретинизм и выход не найдешь сам - покажу.

Выражение, появившееся на лице Артура, мне не понравилось. Как будто он знал что-то такое, что было неведомо мне, но в то же время меня касалось. Гадать долго, что же это, не пришлось. Малиновский вдруг выдал:

- Я и не к тебе. Я к матери своего ребенка - Алине Цветковой. Знаешь такую? Вижу… знаешь, - коротко и зло рассмеялся он. - А к тебе забежал просто поздороваться. По старой памяти.