Я тебя (не) забыла

Только выглядело бы это как-то мелочно.

Аня покачала головой, сопровождая отказ извиняющейся улыбкой.

– Завтра не могу, Матвей.

– Можем Леру с собой взять, если дело в ней. Ты же знаешь, я не против провести время втроём.

Конечно, она знала и была искренне благодарна за его участие и внимание, но… опять же после уже второго поцелуя Мелёхина ей стало не по себе ещё и от того, что Аня поняла – ничего у неё с Матвеем не получится.

Она снова ответила Серёже. Поддалась ему.

И ещё поддастся, если он повторит.

Вот и вся правда о её сдержанности. Мозг просто-напросто отключался, стоило Мелёхину её коснуться.

– Да, я знаю, но завтра не могу.

«И послезавтра, вероятно, тоже… и в целом, никогда», – это она уже про себя добавила."

"Правильно говорят: если между женщиной и мужчиной ничего не происходит в первые три месяца, то они рискуют остаться друзьями. Вот с Матвеем так и случилось. Она тянула… тянула и затянула до победного. А с появлением Серёжи в городе так и вовсе отношения из разряда гипотетических перешли в категорию невозможных.

С другой стороны, по тому же самому Мелёхину она сохла четыре года!

Хотя стоило ему проявить интерес, и всё случилось в тот же вечер.

К сожалению, она не могла влезть в голову Серёже и понять, что у него на уме. Оставалось лишь быть честной с самим собой и с Матвеем, и не давать ему ложных надежд.

Только вот прямо сейчас решиться на серьёзный разговор с ним она не могла. Сил не было. Все ушли на противостояние с Мелёхиным, на эту вечную игру в «ты мне, я тебе».

Вторую половину дня Аня и носа не высовывала из кабинета, а вечером быстро за пять минут до окончания работы сбежала из офиса, очень надеясь, что ни с кем не столкнётся. Предложение Матвея подвезти она отклонила. Ей бы прогуляться, да голову проветрить.

Уже вечером, укладывая Леру после прочтения сказки, она лежала рядом с дочкой на кровати, тихонько гладила её по волосам, пока та засыпала, и листала ленту новостей. Телефон пиликнул, оповещая о входящем сообщении. Это Мелёхин скинул ей модели детских автокресел. Ещё и приписал нагло: «беру на вырост».

Аня тут же вспомнила про его «уеду с тобой и Лерой» и почему-то улыбнулась. Потом нахмурилась, убеждая себя, что не надо воспринимать его всерьёз.

«А почему?» – поинтересовался внутренний голос.

Боже, ну это же Мелёхин. Серьёзным он был крайне редко.

«Разве он когда-нибудь тебя подводил?» – опять возник вопрос.

Разве что в то самое… одно единственное утро. В остальном, конечно, Серёжа был хорошим другом.

Другом, но не любовником. И уж, тем более, не любимым. Даже если она даст ему зелёный свет, как долго его интерес к ней продержится?

«А она уже серьёзно размышляла дать ему зелёный свет? За какие такие заслуги?»

Да ни за какие… просто это был Мелёхин. Её слабость… её пристрастие.