Исключительное право Адель Фабер

Здесь, в восточном крыле, располагались гостевые комнаты, и теперь в одной из них обосновался человек, способный в одночасье разрушить мою спокойную жизнь.

Войдя в свою комнату, я заперла дверь. Наконец-то можно было сбросить маску невозмутимости. Ноги подкосились, и я медленно опустилась в кресло у окна.

Александр жив. Человек, которого официально похоронили, скрывается в моем доме. Риган служит принцу. А мой дом превратился в убежище для наследного принца.

Как быстро все изменилось! Еще утром я покидала столицу с ощущением завершенного дела, радуясь новым знакомствам и предвкушая возвращение к спокойной жизни.

А теперь…

Теперь я была втянута в игру, правил которой не понимала, ставки которой могли оказаться слишком высоки. Что будет, если кто-то узнает о присутствии принца в поместье? Меня обвинят в укрывательстве, в измене короне. Поместье конфискуют, людей разгонят, а меня… лучше не думать о том, что со мной сделают.

Но разве у меня есть выбор? Принц не спрашивал разрешения, он просто поставил меня перед фактом.

За окном начинали сгущаться сумерки. Где-то внизу, в гостиной или библиотеке, принц и его люди обсуждали свои планы.

Риган, возможно, докладывал о делах поместья. А я сидела здесь, чувствуя себя пленницей в собственном доме.

Встав, я подошла к окну и выглянула во двор. Мой новый автомобиль стоял у ворот, а рядом с ним копошились Жак и Сэм, видимо, изучающие каждую деталь диковинной машины. Хотя бы кто-то сегодня был счастлив!

Автомобиль напомнил мне о проведенном в столице времени, о новых подругах, о том ощущении свободы, которое я испытывала, познакомившись с Кэтрин, Алекс и Делией. Тогда мне казалось, что я обретаю союзниц, людей, которые понимают стремление к независимости.

Теперь же я понимала, насколько хрупкой была эта иллюзия свободы. Стоило мне вернуться домой, как оказалось, что и здесь меня ждут сети, в которых я запуталась еще несколько месяцев назад, сама того не подозревая.

Легкий стук в дверь прервал мои размышления.

— Госпожа? — раздался знакомый голос Марты. — Можно войти?

— Конечно, — отозвалась я, поспешно вытирая выступившие на глазах слезы.

Марта вошла с подносом, на котором дымилась чашка чая и лежал кусок пирога.

— Подумала, что вы проголодались после дороги, — сказала она, ставя поднос на столик.

— И… — она помедлила, оглядевшись, словно убеждаясь, что нас никто не слышит, — госпожа, я должна вам сказать, я его узнала."

"— Кого? — спросила я, хотя прекрасно понимала, о ком речь.

— Того мужчину, главного среди гостей, — Марта понизила голос до шепота. — Это же Томас, тот самый, которого мы выхаживали четыре года назад! Я его сразу узнала, хоть он и выглядит теперь совсем по-другому.

Я тяжело вздохнула. Конечно, Марта его узнала.

— Да, — тихо подтвердила я. — Это он.