ИЗМЕНА. Развожусь!

Накрывает ладонью его руку, но длится это лишь одно мгновение, и она тут же возвращает обратно видимость делового ужина.

У меня нет причины для обиды и ревности, потому что чувств нет. А бессильная злость – есть.

Кусая губы, смотрю на них. И наши с Бессоновом взгляды ожидаемо ударяются друг о друга. Сглатываю комок.

Вадик хмыкает:

– Я так понимаю, супруги поссорились? Или?

– Или.

Я выпиваю содержимое своего бокала, и он тут же снова наполняет его до краёв.

– Знаешь, – Будровин так заразительно смеётся, что и я невольно поддаюсь усмешке. Он продолжает: – Предлагаю взять эту любовницу и в багажнике отвезти в лес.

Там сунуть ей лопату и заставить копать себе яму. Потом поставить на колени, приставить ружье к голове и сказать: «Молись». Понятно, что она начнёт бормотать несвязное, прося прощения, но тут, главное, не слушать, а застрелить и закопать! Согласен, не смешно. Так как весело будет, когда ты увидишь, как твой муж нервничает, отправляя кому-то 100-тую смску, и не получает ответа. А ты будешь его подкалывать: «Может, у неё деньги закончились? Или жизнь?»

Так что, Лаврина, появилась проблема – вези её в лес.

Потому что муж у тебя один, а леса у нас, слава Богу, бескрайние!

Теперь мы с ним смеёмся уже вместе, и больше я в строну Бессонова не смотрю, потому что этот его внимательный, пробирающий до мурашек взгляд настроение портит.

– Ну а если серьёзно, – снова начинает Вадик, когда мы салютуем друг другу бокалами, – муж к тебе неравнодушен. Мы, мужчины это сразу определяем. Можно назвать – это такая себе РЛС (радиолокационная станция) или встроенная навигация. Пусть он посохнет по тебе, пока яйца не посинеют.

Ему только на пользу пойдет.

– Сильно сомневаюсь, чтобы у Бессонова хоть раз в жизни синели яйца, – усмехаюсь я, – но фантазия чудесная!

***

Проснувшись утром понимаю, что перебрала вчера. Совсем немного.

Несмотря на это, я точно помню, что успела:

Поругаться с мужем.

Словестно сцепиться с его (как оказалось) КрЫстиной."

"А ещё, приказала Константину перенести все до единой мои вещи из домика для гостей. Да-да, в хозяйский! И сделала это назло.

Глава 6.2

Я откидываюсь на подушки.

Прикрывая глаза ладонью, почти хлопаю себя по лбу. От вчерашних воспоминаний сначала смешно, а сейчас немного стыдно за то, что было смешно.

После первой бутылки вина Будровин уговорил меня на вторую. Понятно, что порция принятого алкоголя была незначительная, только кровь разогрела, поэтому я улыбнулась ему и согласилась. Тем более, что повод у нас имелся, а беседа велась приятнейшая. Кстати, даже аппетит появился, поэтому мы заказали ужин.

Вот только расслабиться у меня не получалось. Никак.