Измена. Ты не смог ее забыть

С тобой я могу быть собой.

Хреново то, что он понятия не имел, насколько честными были эти слова. Знал он только то, что Лопатина умела виртуозно сплетать правду и ложь воедино, и ложь при этом звучала исключительно убедительно.

— Кира, я не требую от тебя никакого эмоционального, прости господи, обнажения. Сейчас мне нужна твоя честность, ни больше, ни меньше. Только так я могу быть уверен, что сделал всё возможное, чтобы тебя защитить. А ты вместо предметного разговора сползаешь на посторонние темы,

— Ты говоришь это так, словно они не важны. Но от этого же напрямую зависит, как сложится наше будущее.

Влад мысленно отмёл эту странную формулировку.

— Кира, я здесь не для того, чтобы вызнавать что-либо о твоём будущем. Ты обратилась за помощью. Я готов её оказать. Но лишь в том случае, если ты с уважением отнесёшься к правилам и законам, по которым строится моя работа.

— Какой ты строгий сегодня, — вздохнула она. — Только не говори, что это из-за поцелуя.

Он тут же напрягся, стоило ей упомянуть произошедшее во время их прошлой встречи. То, из-за чего он не стал врать и выкручиваться в разговоре с женой.

Влад не хотел, чтобы потом кто-либо смог обвинить его в том, что он что-то утаивал. Он рассказал, как всё было. И он уверен, какой бы напряжённой не была ситуация между ним и Марией, им удастся всё выправить. Он ведь… он ведь хотел этого, верно?

— Я не думал о нём, — отрезал он.

— Врёшь.

Лёгкий прищур, пристальный взгляд. Голос — спокойный и ровный. Она знала, что он ей солгал."

"— Значит, вот как мы поступим, — Влад легонько пристукнул ладонь по столу. — Нам нужно убедиться, действительно ли кто-то пытался до тебя сегодня добраться. И если после тщательной экспертизы наши опасения подтвердятся, ты на время съедешь отсюда. Кира…

Она молча ждала продолжения, не став упрекать его в резкой смене направления разговора.

— Может, ты наконец расскажешь мне, с чего твой бывший ухажёр решил тебе мстить? Почему он так настойчиво и так долго тебя преследует?

Влад уже пытался вытащить из неё информацию и напрямую, и окольными путями, но Лопатина была настороже. Не позволяла себе ляпнуть лишнего. И до сих пор он сдерживался от новой попытки. Но то было до сегодняшнего форс-мажора.

— Влад там правда ничего такого… там личное.

— Боюсь, этого мне будет мало, — покачал он головой. — Да пойми ты, я должен знать, от кого тебя защищаю и на что он способен!

Она метнула на него взгляд из-под ресниц — неожиданно робки, смущённый.

— Королёв, я понимаю… но тебе может не очень-то понравиться ответ. И не только тебе. Твоей жене, о которой ты с такой настойчивостью отказываешься говорить, он не понравится тоже. Очень-очень, Королёв, не понравится.