Логово проклятых

Большие потери ввергли командиров в состояние глубокого уныния, многих жутко напугали.

«Они чувствуют конец, однако даже не догадываются, насколько он близок», – подумал Борович.

Байбаков с Полянским шли впереди, метрах в двадцати, Волынов замыкал колонну. Михаил и три командира групп шли в середине и разговаривали вполголоса о насущных делах.

– Говорят, участились случаи засылки в наши сотни агентов НКВД. Правда это, Ворон?

– Я имею информацию из источников в НКВД и органах красной власти, – сказал Борович. – Советы думают, что большая часть групп ОУН уничтожена, остальные деморализованы, разбегаются по хатам, закапывают оружие.

Они нас уже всерьез не воспринимают. Я вам больше скажу. В лесах сейчас много наших братьев, которые пробираются на запад, ищут нас с вами. Будьте внимательны. Они тоже хотят сражаться. Мы не имеем права отвергать их в силу какого-то недоверия или опасения, лишенного оснований.

Дозорные клевали носами. Самое сонное время наступает после четырех часов утра. Пост был оборудован хорошо, со знанием дела. Среди кустарника оуновцы расчистили две площадки, расположенные в полуметре друг от друга.

На каждой мог лежа расположиться только один человек. Землю бойцы выстелили хвойными лапами и накрыли брезентом.

Три сектора наблюдения были подготовлены с особой тщательностью. Обнаружить секрет было очень сложно, особенно если не знать, где он находится.

Но солдаты внутренних войск НКВД, осторожно и почти беззвучно подходившие к противнику, знали об этом месте. Четверо автоматчиков залегли в десятке метров от кустов, повинуясь знаку командира.

Еще два офицера контрразведки СМЕРШ сняли фуражки, сдвинули по ремням за спину кобуры с пистолетами и приготовили армейские ножи.

Молодые крепкие старшие лейтенанты. По ним даже не скажешь, что они могли быть фронтовиками. Но количество орденских колодок на груди каждого говорило о многом."

"Через несколько минут молодые офицеры, исчезнувшие в лесу, оказались позади оуновского секрета. Бросок двух гибких тренированных тел был быстрым и почти одновременным. Вскрик, негромкий и короткий звук борьбы, вспугнувший ночную птицу, и снова тишина. Офицеры знаками показали бойцам, что можно двигаться дальше.

Подоспевшие солдаты подали им фуражки. Потом все неприметно двинулись дальше.

Такие же группы сходились к поляне с землянками еще с двух сторон.

Войти в лагерь без шума все же не удалось, но на это никто особо и не рассчитывал. Бойцы УПА имели очень хорошую подготовку и солидный боевой опыт. Но самое главное было сделано. Советские солдаты застали противника врасплох.

Гортанный крик, пистолетный выстрел, потом две автоматные очереди всполошили сперва спящих птиц, а потом и весь лагерь.