Логово проклятых

Страшно не то, что люди переметнулись, а то, что в УПА теперь будет информация о том, что мы наклепали изрядное число таких вот липовых отрядов. Мы рискуем прежде всего вашим заданием, Михаил Арсеньевич.

– Правильно мыслите. Это самый значительный риск. Задействованы большие силы, велась основательная подготовка, и вдруг информация одним махом утекла к врагу. Все насмарку! Я думаю, что подвели нас как раз товарищи из республиканского НКВД. Они формировали эти группы. Недосмотрели или…

– Или кто-то там у них зарылся из вражеского лагеря. Сидит и вредит! – добавил Лозовой.

 – Извините за прямоту. Вы меня вызвали, чтобы сообщить эту новость?

– Не только. Подберите людей, количество на ваше усмотрение. Я завтра отправляюсь на встречу с представителем ровенского штаба, который передаст мне информацию по отряду, занявшемуся бандитизмом. Он где-то рядом, в наших местах. Ваша задача – обеспечить безопасность встречи.

– Есть обеспечить безопасность! Предлагаю взять с собой пятнадцать человек. Мы выйдем сегодня вечером, за несколько часов до встречи осмотрим местность, установим наблюдение за подходами.

– Хорошо, готовьтесь.

Место встречи вот здесь. – Борович острым карандашом показал на карте.

– Понял. И еще, Михаил Арсеньевич, тут у землянки дожидается наш боец Конопатько. Это бывший партизан, хороший снайпер. Последнюю вашу встречу с командирами УПА на ложной поляне с ребятами прикрывал. Так вот он одного узнал и даже в оптику успел разглядеть.

– Да? И кто это? – без особого энтузиазма спросил Борович. – Интересная личность?

– Я думаю, он стоит вашего внимания как раз в рамках этого последнего сообщения из штаба. Бывший партизан.

Боец одернул полы старенького пиджака и как-то совсем не по-военному попытался вытянуться перед командиром.

Кепка была зажата в его левой руке. Давно небритый, как и большинство членов отряда, Конопатько тем не менее выглядел опрятным. Было в нем что-то от крестьянской силы, смекалки, какая-то уверенность в том, что, произойди конец света, он и тут придумает, как умыться, сапоги починить или ночлег устроить.

– Вы бывший партизан? – спросил Борович.

– Так точно! Полгода воевал у Ковпака в самом начале, еще в сорок первом. Потом ранен был, оставлен в одном селе.

Там меня женщины выходили, и я примкнул к другому отряду, который действовал в этих местах. – Конопатько кивнул на Лозового. – Вот товарищ капитан меня проверял уже, когда нас сюда набирали, справки наводил.

– Я расспрашиваю вас не потому, что не доверяю вам, – с улыбкой проговорил Борович. – Мне нужно понять, в каких условиях вы раньше встречались с тем человеком, которого опознали на ложной поляне. И потом, должен же я знать хоть немного о бойцах своего отряда. А то как-то даже неудобно получается.