Логово проклятых

Паровозный дымок, влетавший в окно, щекотал ноздри, навевал воспоминания о былых временах. Ох уж эти поезда, сколько их было в его жизни с самого детства.

В вагоне что-то неуловимо изменилось, и Ворон мгновенно вынырнул из дремотного состояния. Пассажиры шушукались вполголоса, шелестели бумагой. То и дело слышалось слово «документы», в переводе совсем не нуждавшееся.

Ворон осторожно положил ладонь на голову Стеллы. Она открыла глаза, испуганно вздрогнула и попыталась встать. Он прижал палец к своим губам и незаметно покачал головой. Женщина кивнула и стала разглядывать пассажиров.

Ворон поднялся, повернулся лицом к Шухевичу, лежавшему на верхней полке, и убедился в том, что тот уже не спал.

– Что?.. – встревоженно спросил бывший начальник штаба «Карпатской сечи».

– Скоро югославская граница. Пассажиры суетятся. Видимо, контроль там весьма серьезный.

– Черт побери! Что же делать? – пробормотал Шухевич. – Рискнуть? Нас румыны не выпустят. Или югославы ссадят с поезда и передадут в контрразведку. Раньше здесь никогда не было досмотров.

– Раньше все было иначе, – философски заметил Ворон. – Но с тех пор как Лига наций фактически развязала англичанам руки и те запустили их в экономику страны, в Румынии многое поменялось.

Война никогда не проходит даром для тех стран, на территории которых она проходит. А насчет югославов я с вами совершенно согласен. Они теперь с настороженностью принимают тех людей, которые едут с этой стороны. Нам придется прыгать.

– Может быть, будут еще остановки, – предположил Шухевич. – Надо справиться у проводника.

– Нет, до самой границы поезд больше не остановится. У нас примерно два часа на принятие решения.

Но, извините, оно все равно может быть только одно. Нам надо срочно покинуть поезд. Сделать это лучше, когда мы будем проезжать Забудовский лесной массив. Там железнодорожные пути круто поворачивают, и поезд сбавляет скорость.

– А Стелла?

– Стелла у нас испытанный боец, – с улыбкой проговорил Ворон. – Она справится, я уверен.

Через пятнадцать минут они собрались в тамбуре. Ворон заставил всех проверить карманы, застегнуть их, если есть такая возможность.

Потом он озвучил свой порядок покидания вагона:

– Сначала вы, Роман Иосифович, потом Стелла.

Я прыгаю последним.

– Почему так? – сразу же подозрительно спросил Шухевич. – Объясните, почему вам угодно прыгать последним?"

"– А вы давно в последний раз с поезда на ходу соскакивали? – вопросом на вопрос ответил Ворон и мило улыбнулся. – Я вот часто прыгал, признаюсь. Поэтому уверен, что смогу покинуть вагон сразу после Стеллы. Если с ней что-то случится во время падения, я довольно быстро приду ей на помощь, потому что буду всего в десятке метров от нее. Вы можете замешкаться.