Логово проклятых

Значит, центр будет работать, но только командовать тут теперь станут немцы? Или они ограничатся внимательным присмотром за националистами, пока немецкие танки будут перепахивать гусеницами украинские поля?"

"Через час дверь в комнату Боровича распахнулась. На пороге появился Ридель, весь довольный и спесивый. Полковник был в гражданском. В руках он держал накрахмаленный платок, которым то и дело вытирал шею и лоб.

– Рад приветствовать вас, Борович, – сказал Ридель, оглядывая помещение. – М-да, скупо до аскетизма, но во время войны так и надо.

Наша борьба требует полного отрешения от роскоши. Одобряю.

– А что сейчас происходит, полковник? Из этого окна ничего не видно. Я смотрел с лестничной клетки.

– Мы решили усилить охрану вашего центра. Все-таки вы находитесь на территории генерал-губернаторства. Мы несем за вас ответственность.

– Всем сотрудникам центра разрешено покидать свои комнаты, свободно перемещаться по поместью, выходить в город?

– Да, конечно, – заверил Михаила Ридель. – Мы не намерены мешать вашей работе, направленной на благо рейха.

Все останется так же, как было и раньше. Но не сразу. Мы должны приглядеться к вашим сотрудникам, может, улучшить внутренний режим охраны.

– Понятно, – сказал Борович и улыбнулся одними губами. – А как с моей командировкой? Сегодня я должен был выехать отсюда вместе с группой наших сотрудников. Куда именно, я, честно говоря, не знаю, но вещи мне велено было собрать.

– Командировка? Да, она согласована с нами. Кое-кто из наших сотрудников будет сопровождать вас в этой поездке. Вы отправитесь чуть позже, а сейчас я хотел бы с вами поговорить вот о чем, Михаил Арсеньевич.

Расскажите, как вы видите изнутри положение в стане руководства ОУН?

«Вот и созрел разговор, – подумал Борович. – Не так давно я обсуждал этот вопрос с нашим резидентом, и вот Ридель. Видимо, все подходит к финальной фазе. Доверять или нет, вместе или врозь? Дорого бы я дал за то, чтобы немцы прямо сейчас привезли сюда все руководство ОУН и поставили его к стенке. Вон к той, у пакгауза. А потом взвод автоматчиков положил бы всех без исключения.

Да, было бы славно, если бы немцы закрыли этот вопрос таким незамысловатым образом. Я бы и сам без особого недовольства встал к стенке рядом с Бандерой, Мельником, Шухевичем и другими героями. За такое не жалко и умереть».

– Раскол в ОУН усиливается, полковник. Бандера и Мельник теперь непримиримые враги.

– А в чем причина, скажите мне? – Ридель почесал бровь. – Только ли жажда власти всему виной?

– Прежде всего именно она. Но надо учитывать и другие моменты.