Логово проклятых

Надо было продумать все за минуту или полторы, а потом сплошной экспромт, как на сцене. Если эти двое там, у автобуса, тогда придется проходить мимо них.

Борович пошел быстрее, сунул руку в боковой карман френча и снял пистолет с предохранителя. Патрон в патроннике, но стрелять придется самовзводом. У него не будет времени взводить курок. Хорошо, что рядом сейчас нет немцев. Куда запропастился майор Нотбек?

Борович шел первым. Выйдя на улицу, он прежде всего бросил взгляд в сторону автобуса. Было еще достаточно светло. Он видел ноги двух человек, стоявших за ним.

Михаилу пришлось сбавить шаг, чтобы дать возможность Стецько догнать его. «Мерседес» стоял чуть правее и дальше автобуса. Стецько со своими помощниками шел, громко обсуждая дела и не глядя по сторонам. Они были погружены в свои проблемы. Это хорошо.

«Стецько подойдет к машине с правой стороны и займет пассажирское переднее сиденье, – подумал Борович. – Он так любит ездить. Как мне оказаться рядом? Точно, я попытаюсь подойти с ним вместе справа, чтобы открыть ему дверцу. Очень удачная возможность прогнуться, изобразить из себя лакея для пользы дела.

Потом у меня будет еще три с половиной секунды».

Они поравнялись с автобусом. Стецько шел первым. Рядом с ним держался Борович, на шаг сзади – двое помощников Стецько с портфелями в руках, горячо обсуждавших текст какого-то послания. Борович сделал еще пару шагов к «Мерседесу», увидел Юровского и второго оуновца.

«Лучшего момента не будет, – решил Михаил, сжимая в опущенной руке гранату. – Стецько с помощниками еще не увидели этих персонажей, а те сейчас изрядно удивлены тому факту, что появились люди, о которых они только что шептались здесь.

Тем более именно я».

– Ложись! – выкрикнул вдруг Михаил.

Помощники Стецько опомниться не успели. Они вообще были заняты своей беседой и ничего толком не поняли. Но вот его самого Борович обхватил руками и вместе с ним рухнул на землю, прикрылся кузовом «Мерседеса» и его задним колесом.

Гранату он бросил недалеко. Никто не понял, что он сделал это.

Прогремел взрыв, со звоном разлетелись стекла автобуса, закричал кто-то из помощников Стецько. Сам оуновский политик бился в руках Боровича и хрипел. Михаилу показалось, что он слишком сильно прижал его.

Но думать об этом было некогда.

Борович с пистолетом в руке приподнялся над кузовом легковой машины. Юровский стоял на одном колене. В правой руке он держал пистолет, левой стискивал окровавленное бедро. Его товарищ прижимался спиной к капоту автобуса, закрывая лицо руками.

Пока никто не опомнился, Борович дважды выстрелил в этого типа. Тот согнулся пополам и повалился ничком на камни двора. Юровский попытался поднять пистолет, но у него ничего не получилось.