Неверный

 — Я и не собираюсь становиться твоим другом, София

— Правильно, ты мой новый босс, — киваю, направляясь к своему столу, — очень надеюсь, что временный.

— Не угадала, — качает головой Айдаров, — я собираюсь составить конкуренцию твоему дятлу.

— Кому? — шокировано оборачиваюсь.

— Если я правильно понял, его зовут Богдан. И между вами столько же общего, сколько между мной и твоей начальницей. У него слишком длинный нос, — добавляет Рустам, — он похож на дятла.

Я возмущенно фыркаю, потому что это неправда. Богдан привлекательный мужчина, и нос его совершенно не портит.

— А мне нравится, — заявляю бывшему, с удовольствием отмечая, как у него тяжелеет взгляд, — намного больше, чем непробиваемые толстокожие медведи.

И это тоже неправда, Айдаров не похож не медведя, скорее на льва или на тигра. Но я не собираюсь делать ему комплименты. Особенно после такого заявления.

Но бывшего такое сравнение не сильно задело, он по прежнему продолжает ухмыляться.

— Значит, у меня тем более есть шансы.

— Какие шансы, Айдаров, ты о чем? — раздраженно отодвигаю стул. — Это правда, мы вместе не живем. Вот сейчас решили попробовать, поэтому прошу тебя, не лезь!

— Только сейчас решили? — скептически щурится Рустам. — Твоей дочери сколько, полтора года? Где же он все это время был, дятел твой? А тут стоило мне приехать, и вы так резко пошли на сближение.

— Ты о себе слишком высокого мнения, Айдаров, — зло шиплю я, потому что он попал в самую точку. Перевожу дыхание и выпаливаю: — Богдан не знал, что это его дочь.

Рустам впивается в меня тяжелым взглядом, а я впиваюсь ногтями в ладони. Вот сейчас выдам себя с головой. Правильно Демид говорил, не умеешь врать, не берись…

— Значит не знал? — смотрит пытливо.

— Умг… — бормочу я.

— А тут вдруг узнал?

Развожу руками, теперь его глаза выжигают во мне сквозные дыры.

— Так ты его любишь? — вопрос выбивает из меня воздух, который и без того со свистом выходит через выжженные отверстия."

"— Тебя это точно не касается, Рустам, — отвечаю сухо, с трудом переводя дыхание. — Ни мои чувства, ни тем более чувства Богдана.

— Касается, — он подходит и хватает меня за локоть, — еще как касается, Соня. Ты не дала мне ни единого шанса. Убежала с Демидом, не дав возможности хоть что-то исправить. Я просил тебя, я готов был ждать, только чтобы ты не бросала меня, не разводилась.

— Еще скажи, что я во всем виновата, — чем больше он распаляется, тем спокойнее становится мне. Напоминание о Лизе и их ребенке действует как ледяной душ.

Отнимаю локоть, Рустам упирается в мой стол.

— Нет, я не перекладываю на тебя свою вину, — качает головой, — но я мог рассчитывать хотя бы на возможность заслужить прощение.