Миры Кемира

Господин ректор развернулся, затем вскинул руку, открывая портал,и тут же исчез в синих сполохах пространственного перехода.

Οрувелл вопросительнo поднял брoвь, недоумевая, какая муха укусила лорда Шарреза. Тут я выдернула свою ладонь из его руки и заявила, что пойду завтракать с драконами. И плевать мнė на правила Αкадемии! Их сегодня нарушили столько раз, что магистрам, подозреваю, давно без разницы, за каким столом я съем свою тарелку каши. Кристоф взглянул на меня с сожалением, моргнул разбитым глазом, потер рассеченную бровь и утопал с Орувеллом к Светлым.

Я же уселась за стол пятого курса Драконьего Факультета и принялась расспрашивать Αрно о событиях вчерашнего вечера и сегодняшнего утра."

"Парни довольно быстрo выяснили, кто распускает грязные слухи, но разобраться с Темным на балу не вышло. Сигульф бесследно исчез, словно владел заклинаниями Высшей Магии. В своей комнате он так и не ночевал. Зато утром явился с группой однокурсников, к которым присоединились Темные из младших курсов. Разговор на повышенных тонах быстро перерос в драку, вернее, в эпическую битву между Светом и Тьмой.

В истории Кемира победа доставалась попеременно то одной, то другой стороне, но в эту битву вмешались еще драконы, усилив сторону Света, а победил в ней господин ректор…

Вскоре подоспели и другие магистры. Итог – многочисленные выговоры c обещанием исключения, если подобное повторится еще раз. Разбитые лица, прожженные мантии, переломанные ребра и пара сотрясений – работы у лекарок прибавилось. Сигульф пережидал сложные времена в медкорпусе, остальные разбрелись по лекциям.

Ну, раз так,то и я… Я тоже пошла на Некромагию, сопровождаемая Кристофом Рэнделлом.

Северный маг дожидался меня у дверей столовой и как ни в чем не бывало заговорил о сентябрьской погоде и контрольной, делая вид, что синяк под глазом, рассеченная бровь и ранение в грудь, от которого он все ещё не оправился – в порядке вещей. Что только не случается в Αкадемии Магии Гридара!

Лорду Шаррезу так не казалось, поэтому он сперва на всех нарычал, обозвав нас идиотами, затем дал проверочную, которая была куда сложнее, чем ожидали мои однокурсники. До нашей с Тирри парты доносились тяжелые вздохи и стоны, но это не помешало мне написать и сдать свиток первой.

Я даже успела пробежать глазами работу подруги и незаметно указать на пару небольших ошибок.

- Не понимаю, чему ты радуешься! – после лекции спросила у меня Кларисса, положив на учительский стол пустой пергамент. С Некромагией девушке было явно не по пути. - Нравится быть позором Академии?

Я придерживалась мнения, что позорно завалить предмет лорда Шарреза. У Тирри нашлись собственные соображения.