Назад в СССР 5

Сухо поблагодарил и положил трубку. Не так громко, как любил это делать. Немного с осторожностью, будто боялся спугнуть удачу.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил я, приблизившись к столу Горохова и пытаясь разглядеть каракули следователя.

Судя по почерку, у Никиты Егоровича, кроме юридического, было еще и медицинское образование.

— Печенкин Василий Семенович, — прочитал вслух Горохов, — 1935-го года рождения. Хм-м… Знакомая фамилия. Может, объяснишь, Андрей, зачем тебе фамилия понятого, принимавшего участие в осмотре места происшествия по убийству Роговой?

— Вы же сами сказали, что фамилия знакомая, — дал я возможность следователю самому допереть, где собака зарыта.

— Точно, — хлопнул себя по широкому лбу Горохов. — Это же из сегодняшней сводки. Так его же тоже убили… Как ты узнал?

— По татуировке вспомнил. Там на осмотре по Зине двое понятых было. Одна женщина, я почему её запомнил, она все боялась близко подойти, думали ее даже заменить, но фамилию уже в протокол вписать успели. А второй — этот самый Печенкин. Уже осень была, но на улице тепло относительно. Печенкин рукава свитера закатал. Там татуировка необычная была на предплечье. Вот, я сейчас нарисую, — я набросал на листке простым карандашом шедевр. Палка, палка, огуречик…

— Это что за каракатица? — повертел в руках листочек Горохов.

— Осьминог, но больше на паука похож. Вот почему я и запомнил. А сегодня в морге увидел тело, не сразу вспомнил, где попадалось на глаза такое художество. Только потом дошло, что понятой с такой хренью был.

— Хорошая у тебя память, Петров…

Горохов слегка присвистнул. Но я радоваться комплиментам не спешил.

— Не каждый день друзей убивают, а Зина другом была. Я тогда еще к татуированному приглядывался. Считается, что убийцы возвращаются на место преступления – бред, конечно. Но я почему-то разглядел, что рисунок не тюремный, а морской или вообще дворовый какой-то. Ну, тогда отбросил свои подозрения, а татуировка в глубинах памяти завалялась.

— Так… И что нам это дает? В чем связь с Дубовым? — Грохов задумался, а я снова деликатно молчал, давая возможность следователю самому догадаться.

Хотя догадка так себе. Призрачная. Но все же странное совпадение.

— Погоди, — Горохов снова хлопнул себя по лбу, там уже пятно краснело, не лоб, а броня. — То есть, ты думаешь?..

— Все может быть, Никита Егорович, — пожал я плечами. — Вы сами говорили, что когда дело касается преступлений, то совпадений не бывает…

Глава 25

— Да нет… Двое — это совпадение, — отмахнулся Горохов.

— Может, и совпадение… Но почему-то мне так не кажется, — я задумался, прокручивая в голове всевозможные варианты, а Горохов продолжил:

— Ты хочешь сказать, что есть некий преступник, который убил двух человек? Дубова и Печенкина.