Фиктивная жена

Но состояние здоровья не позволяло сделать это полноценно…

Нависаю над ней, пытаясь держать себя в руках и, как обещал, сделать все аккуратно. Оказывается, это чертовски сложно, словно у меня тоже все впервые, хотя, наверное, так и есть. У меня впервые такая нежная и красивая девочка. Девочка, которая запала куда-то очень глубоко, не хочется отпускать.

Прикасаюсь к сладким дрожащим губам, но не целую, дышу с ней одним воздухом. Милана хоть и дрожит, но все равно выгибается в моих руках, предлагая себя.

Моя отзывчивая малышка.

Сдерживает стон, а так хочется ее послушать. Тело не слушается, рвется сделать это грубее, резче, как привык. Кожу покалывает от желания, дыхание вибрирует. Не разорвать бы ее, такую нежную.

Время и места, теряют значения. Есть только Милана, ее податливое тело, руки, губы, рваное дыхание и наше общее безумия.

Милана вскрикивает, широко распахивая глаза, начиная дрожать сильнее, и кусает меня за плечо. Мало соображаю, но каким-то чудом торможу себя, замирая. В глазах темно, сердце отбивает грудную клетку. Из глаз девочки скатываются слезы. Мила начинает рваться, упирается руками в мою грудь, пытаясь оттолкнуть. Хнычет, мечется.

Черт! Это было слишком резко и слишком грубо! Я животное, мне просто крышу сорвало. Замираю. Прижимаю, опускаюсь, утыкаюсь носом в ее шею, целую.

— Тихо, тихо. Прости, котенок.

Девочка затихает, всхлипывая.

Поднимаю голову, сглатываю, когда вижу слезы, текущие из-под закрытых век. Зацеловываю их, собирая губами. Целую соленые губы, всасывая, лаская.

— Я тебя так люблю, — вдруг признается она. Мне еще никогда не говорили о любви со слезами на глазах. Что творит со мной эта девочка? Я и так не молод. До инфаркта недалеко. Такой спектр эмоций мы сейчас выдали. — Я хочу быть твоей по-настоящему, — хнычет, царапая мою шею.

— Моя любимая девочка. — Теперь моя.

А ведь я тоже безумно ее люблю. Нас словно вскрывает. Это не просто секс, это гораздо глубже, как ритуал принадлежности друг другу, тону в ее глазах с хрустальными слезинками, так быстро приходя к пику наслаждения. Запрокидываю голову, хватаю воздух, ища равновесие. Я много чего пробовал и практиковал, от классики до легкого доминирования, но никогда мне не было так хорошо, глубоко и проникновенно. Чтобы пробивало до самого сердца. Я пропал. Нет меня. Есть только всепоглощающее чувство к этой маленькой девочке. Мне кажется, если она сейчас попросит меня убиться на хрен, я убьюсь, только чтобы ей было хорошо.

Ах, вот как ты выглядишь, любовь.

Жестко.

Но парадокс в том, что идешь на это добровольно и с удовольствием.

Бонус после 30 главы.

Мирон

На моем счету сотни женщин, но ни одна не сравнится с этой чистой девочкой, настолько чистой, что не хочется пачкать. Но сдерживаться больше невыносимо.