Неправильный лекарь. Том 1

— А где моя чашка?

— В шкафу возьми, — хмыкнул я, балдея от его непосредственности. — Ты где пропадал-то всё это время? На телефон не отвечаешь.

— Так батя твой меня на вызовы отослал, — обиженно прогундосил он, жуя первый пирожок. — Сказал к клинике пока даже не приближаться.

— Тогда как ты сюда попал, — решил я уточнить, наливая кофе в третью чашку.

— Не понял, ты мне не рад что ли? — возмутился дружбан. — Амнистию дали, сказали, что тебе сегодня моя помощь потребуется. Сегодня намечается какой-то крутой замес?

— Ага, буду тренироваться по Бразильской системе, — хмыкнул я.

— А это как?

— А это когда сразу в пекло, чтобы неповадно было.

— Ясно, значит сегодня повеселимся. Надо про обед и ужин заранее подумать, — пробормотал он, пытаясь засунуть в рот половину пирожка.

— Обед понятно, а ужин зачем? — удивился я.

— Батя тебе ещё не сказал? — вскинул брови Илья. — Странно. Он нас на ночное дежурство оставляет. Вместе с Вами, кстати, Виктор Сергеевич.

— Для меня только новость, что Александр с нами остаётся, а то, что мне тебя ночью развлекать придётся, я уже знаю.

Юдин на него как-то странно посмотрел, потом махнул рукой и снова потянулся к тарелке.

Дверь в кабинет так и осталась распахнутой настежь, закрыть за собой пухлячок не потрудился, поэтому медсестра зашла без стука.

— Приятного всем аппетита, но надо поторопиться в манипуляционную, там тяжёлого пациента привезли. Пётр Емельянович изволит нервничать.

— Уже идём, Светочка, — ласково произнёс Виктор Сергеевич, незаметно пряча чёрный блокнот в карман халата. Хорошо, что Илья его не заметил. — Ребята уже бегут, а я подойду чуть позже.

— Да вы можете не торопиться, Виктор Сергеевич, — улыбнулась она.

— Там и так сейчас полная манипуляционная будет. Главное, чтобы Александр Петрович не задерживался, его все ждут.

— Уже бегу, — сказал я, допил кофе и направился вслед за ней.

Юдин не отставал ни на шаг, дожёвывая на ходу последнюю булочку. И как он худеть собирается, ума не приложу. Может и правда погонять его по Невскому в пять утра в одних труселях? Для конца сентября самое то.

События в манипуляционной разворачивались стремительно. К моему приходу даже на всякий случай был накрыт стол с инструментами.

На столе в центре кабинета лежал молодой мужчина, на котором буквально живого места не было. Одежду с него уже срезали ножницами, переломы конечностей было видно невооружённым глазом. Корсаков уже погрузил его в сон, чтобы избавить от страданий, осталось только определиться с чего начать.

И тут не обошлось без экзаменов. Разбираться с повреждениями и определять последовательность действий отец заставил меня. Тоже мне, испугал ежа, я в этом деле далеко не новичок, просто он об этом не знает.