Огуречный бизнес попаданки (СИ)

И всё-таки он покачал головой:

— Нет, ваша светлость! Я не намерен прятаться от вас, словно трусливый заяц. Давайте решим спор между нами здесь и сейчас. Мне есть за что с вами поквитаться. Именно вы стали причиной того, что я не смог жениться на девушке, которую любил с юных лет."

"— Вы говорите о мадемуазель Эванс? Когда я делал ей предложение, я понятия не имел, что на ее руку был другой претендент. Но в любом случае мадемуазель теперь свободна, и вы можете снова попытать счастья.

— Это уже не ваше дело, сударь! — разозлился он. — Я не желаю, чтобы вы упоминали о мадемуазель Эванс! И поверьте, что я не настолько бесчестен, чтобы причинить вред герцогине Клермон. И я не нуждаюсь в ваших одолжениях. Давайте решим всё в честном споре.

Я чувствовал, что он прощупывал меня своей магией со всех сторон, но не мешал ему делать это. Отвлекаясь на меня, он ослаблял свое воздействие на Лорейн, а именно этого я и добивался.

Никогда прежде я не воспринимал его как мага. Это было ошибкой с моей стороны, но сейчас уже не следовало об этом сожалеть. Тем более, что, судя по всему, выдающимися способностями в области ментальной магии он отнюдь не обладал. Как, впрочем, и я сам.

Ментальная магия в Арвитании с тех пор, как на нее был введен запрет, постепенно вырождалась. Единственным по-настоящему сильным менталистом, которого я знал, был его величество. Он мог позволить себе пренебречь этим запретом и практиковаться в ней, не боясь обвинений в нарушении закона. Что он и делал, не отказывая себе в удовольствии время от времени проникать в мысли окружающих. Во многом именно поэтому он наверняка и поверил мне в истории с письмом.

— Вы предлагаете поединок, ваше сиятельство? Прекрасно! Я как раз захватил с собой шпагу.

Абеляр вдруг рассмеялся:

— Шпагу? О, нет! Вы — превосходный фехтовальщик, а я с детских лет куда больше внимания уделял живописи, чем фехтованию. Вы проткнете меня первым же ударом. Я предлагаю обойтись без оружия. Вы же владеете ментальной магией? К чему скрывать? Ведь именно ваш предок когда-то спас короля Максимилиана от менталиста. Такой дар не мог пропасть всего через пару поколений.

— Ментальная магия запрещена законом, сударь.

— Об этом нарушении никто не узнает, — возразил он. — И нам не обязательно доводить дело до чего-то ужасного. Достаточно будет, чтобы один из нас сумел поработить сознание другого. Если это сумеете сделать вы, то я позволю связать себя и доставить в Клермон для передачи властям. Если поединок выиграю я, то просто оставлю вас здесь, а сам беспрепятственно уеду. Но я требую, чтобы, если победителем из поединка выйду я, вы дали мне слова не преследовать меня более ни в Арвитании, ни в Терезии.

— Как вам будет угодно, ваше сиятельство! — согласился я.