Она (не) твоя

Тогда почему же он не встретит их из роддома?

И она словно сняла вопрос с моего языка.

— А наш папочка бросил нас на третьем месяце беременности… Ушел к другой тете и подал на развод.

Тома всхлипнула и отвернулась к стене. Больше говорить она ни о чем не желала, и моя поддержка ей была ни к чему. Сказала только, что не будет нервничать, чтобы не пропало молоко.

— И так еле-еле отходила всю беременность. Не вылезала из больниц, — добавила она, кутаясь в одеяло.

И я всю ночь думала над ее словами.

«Наш родной папочка тоже изменил с чужой тетей, и, кто знает, может, уже тоже нянчит другого ребенка.

И слава богу, я нашла в себе силы, отстраниться от него на время беременности и не трепала себе нервы, ставя беременность под угрозу, а его — перед выбором: мы с Софочкой, или она с его будущем ребенком.

Учитывая, что он ни разу не объявился за это время, не искал пути примирения, вывод следует один: он с ней счастлив.

Я с трудом повернулась на бок, взглянула на букет цветов от Кирилла и подумала:

«Есть человек, который готов принять меня не только такую, какая я есть (а после родов я вообще боюсь вставать на весы) но он готов принять меня еще и с ребенком.

Так может, сам всевышний мне послал его именно в этот момент?»

Глава 26. Новая я, и…

Декабрь

— Алис, передай, пожалуйста, салат, — попросил Кирилл, кивнув на блюдо с оливье.

— И как вы это едите? — спросила я. — Тут же один майонез!

Пододвинула к нему блюдо и достала из сумочки контейнер с вареной грудкой.

— Как долго ты собираешься худеть, дочь? Тебя скоро сбоку будет невидно, — посмеялся папа, отправив в свою тарелку жирный кусок мяса.

Кирилл налил в бокалы вино и, встав со стула, поправил синий галстук, который идеально смотрелся на его белоснежной рубашке."

"— Сергей Алексеич! — торжественно начал он, — в первую очередь хочу поблагодарить вас за такую прекрасную дочь, — он с теплотой взглянул на меня, затем — на Софию.

Папа одобрительно кивнул, встал напротив него и поднял бокал.

Кирилл приступил к поздравительной речи. Около полминуты говорил ему пожелания, и торжественно заключил:

— С юбилеем, Сергей Алексеич!

Мы чокнулись, я пригубила вино и приступила к своему обеду, вполуха слушая их разговоры о политике.

Первое время папа относился к Кириллу очень настороженно. Как и я, в принципе.

Далеко не сразу смогла впустить его в нашу с Софочкой жизнь. Первое время после родов справлялась с малышкой в одиночку, умудрялась продолжать работать на кафе и не просила ни у кого помощи. Разве что Дианка заглядывала иногда. То в аптеку сбегает, то в магазин.

А Кирилл как был моим начальником, так им и оставался. Не скрою, я видела в нем упрямое желание стать для нас кем-то большим.