Второгодка. Книга 2. Око за око

— Ты Матвея не видел, ушёл он?

— Наверное, ушёл, — пожал я плечами.

— Хорошо… — сказала она. — Ну, как дела? Чего не заходишь?

Катя была трезвой и выглядела неплохо. В том смысле, что не как алкашка.

— Ага. Твой муж приревновал в прошлый раз. Пообещал отстрелить жизненно важные органы. Так что давай лучше на нейтральной полосе.

— Муж? — хмыкнула она. — Фуагра и конфитюр из груш.

Я улыбнулся.

— Он только с виду грозный. А так…

Она махнула рукой."

"— Ну, тогда приглашаю, — улыбнулся я. — В этот раз туда, куда он не нагрянет.

— Не знаю, — покачала она головой. — Ты же был на той вечеринке? У Назарова? У нас после неё осадное положение дома. Так что…

— А у меня, между прочим, твоё пальто осталось…

— Ай, — махнула она рукой.

— Нет, я бы, конечно, его сам носил, но цвет не мой. Так что придётся вернуть.

Она засмеялась.

— Ну, позвони как-нибудь. Только через пару дней хотя бы, не раньше.

— Скажи номер тогда.

Она продиктовала.

— Можем, в принципе сейчас по кофейку хлопнуть, — прищурилась она, и я заметил шальной огонёк в её взгляде.

— Я-то с удовольствием, а Матвей Никитич возражать не будет? А то он меня не жалует.

— Это у него от отца. Но ничего он, наверное, уехал уже. Никита дал машину, потому что моя в сервисе, чтобы в школу съездить, и Мотю на французский закинуть. Так что он и не узнает.

— А ты как будешь возвращаться?

— Меня подружка отвезёт. Она подъедет минут через сорок. У меня вся логистика чётко простроена. Так что много времени нет, но по рюмочке кофе выпить успеем.

— Пойдём тогда. Я угощаю.

— Богач, — усмехнулась она. — Деньжата завелись?

— Есть такое дело, — подтвердил я.

Мы вышли из школы, пересекли бульвар и зашли в кафешку в доме, выходящем торцом на гостиницу. Народу там не было, но зато за стойкой стояли целых три девочки, готовых обслужить нас максимально качественно и быстро.

Я заказал нам кофе, а Катя, немного подумав, добавила:

— И… «Бейлиз», что ли… Да, давайте, ты будешь, Сергей?

— Нет, если только лизнуть. Так-то мне на тренировку ещё.

— Ну, значит хотя бы лизнёшь, — разулыбалась Катя. — Хоть что-то.

Мы прошли в дальний уголок и уселись за столик.

— А Мотя что, в Москау уезжает? — как бы мимоходом спросил я, когда Катя замахнула первый бокальчик.

— Слушай, это пока не решено. Сначала Никита… ну, отец…

— Да знаю я. Познакомились уже.

— Да-да, он мне потом все мозги вынес, чтоб я с тобой даже не разговаривала, — кивнула она.

— Не понравился я ему?

— Ой, а кто ему нравился когда? В общем, сначала разорался, сказал, что всё, терпенье лопнуло, отправит Мотю в концлагерь. Там школа есть очень хорошая. Дисциплина, как в армии, и вообще всё строго, только что розгами не секут. Девочка там, кстати, эта училась. Ну… подружка Мотькина, короче. Из вашей школы. Любовь-морковь.