Рожденная под темной звездой

Если к нему из Нижнего Мира не вернулась Лиза, то кто эта девушка, решившая поработать в его клубе? И не зря ли он вмешался?

Да ни черта не зря! Зверь взбунтовался, выплескивая негатив наружу. Когти удлинились, едва не поранив кожу девушки, но Юлиан вовремя успел отдернуть руку в сторону. Нет уж, господа хорошие, вам всем придется подвинуться.

Если Провидение или сам Сатана - не имеет значения - решили вознаградить или, наоборот, наказать его, он возражать не станет.

Потому что тело, по которому он сходил с ума триста лет, которое снилось ему каждую ночь, являлось в кошмарах, терзало в воспоминаниях, тело, которое он все это время помнил до мельчайших подробностей, он не отдаст никому. И убьет любого, кто посмеет даже кончиком пальца прикоснуться к Лизе. К её волосам, губам, коже...

Это тело - его!!

Страшный, жуткий оскал возник на лице Юлиана Джаджена, в дребезги разбивая закрепившуюся за вампиром репутацию хладнокровного и сдержанного существа, не теряющего самообладания даже в самых экстремальных ситуациях. Если бы сейчас его мог видеть случайный свидетель, имевший глупость заглянуть в личные апартаменты хозяина клуба, бедняга был бы поражен гневом и яростью, написанными на лице Джаджена. Лицо Юлиана заострилось и потемнело, клыки удлинились, заставив верхнюю губу приподняться, а глаза заполнила клубящаяся чернота."

"Он был страшен. От него исходила жуткая, неподвластная разуму сила, от которой бросало в дрожь и, глядя на него, возникало только одно желание, продиктованное первозданным инстинктом самосохранения - бежать. Уносить ноги и никогда больше не видеть этого вампира. Иначе... смерть.

Юлиан не справился с искушением.

Уже поднес полотенце, чтобы промокнуть кровь на теле девушки, когда в голове пронеслась мысль: ""Какого черта?.."" Желал-то он совсем другого. Зловещая улыбка исказила суровые черты мужчины. И плевать он хотел на всех и всё! Он тут хозяин. Хозяин с большой буквы! И всё будет так, как он пожелает!

Капелька крови звала и манила. Маленькая капелька, покоящаяся на плече Лизы. Капелька, пробившая брешь в плотине его спокойствия.

Юлиан склонил голову и слизнул красную каплю. Реакция была вполне ожидаемой - миллиард микроскопических частиц взорвался у него внутри, вызвав сметающую всё на своем пути атомную реакцию. Кровь забурлила, понеслась по жилам с десятикратной силой. И, как продолжение начавшейся цепной реакцией, вожделение - сильное, неудержимое - овладело Юлианом. Эрегированный член уперся в ткань боксерок, требуя выпустить его на свободу.

Юлиан поддался и второму искушению - отбросил покрывало прочь. Ничто не должно быть укрыто от его взора - ни красота полных грудок, ни крутой изгиб бедер.

Взгляд мужчины жадно прошёлся по телу Лизы.