Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

– Я бы не возражал, если б о Торстене сочинили оперу, – Бруно слегка поморщился, – но фок Марге-унд-Бингауэр предпочитает сочинять о нем манифесты. Это делает нежелательным как упоминание о Трех Курганах с нашей стороны, так и о Хексберг – с вашей.

– Сейчас обеим сторонам уместно упоминать Доннервальд и Франциск-Вельде, – фок Вирстен довольно удачно улыбнулся. – По долгу службы я лучше знаю дриксенских преступников, чем талигойских военных, но о герцоге Придде мне слышать доводилось. Вы избавили меня от неприятной обязанности выносить приговор фок Греслау.

– Приговор братьям фок Гетц вам выносить в любом случае, – фельдмаршал с брезгливой миной поднял лежавший рядом с его прибором колокольчик. – У меня подают шадди по-эйнрехтски. Разумеется, вы можете предложенные вам сахар и сливки не использовать.

– Благодарю вас, ваше высочество, – Спрут наклонил голову. – За шадди и за то, что фок Гетц понесет должное наказание.

– Вам, герцог, повезло, – интендант торжественно коснулся усов, в которых зеленели укропные крошки. – Фок Гетц-младший из тех генералов, которых можно застать врасплох. Именно поэтому ему не доверяли участвовать в полноценных кампаниях.

– Все зависит от того, как понимать слово «везение», – холодно возразил начальник штаба. – Если под ним подразумевать счастливое и неожиданное стечение обстоятельств, то бой, в котором пришлось принять участие нашим гостям, к таковым не относится. Герцог Придд, вы согласны?

– Я думаю, что более серьезному, нежели фок Гетц, военачальнику маршал Лэкдеми противопоставил бы генерала Ариго. Возможно, вы еще не знаете, но именно его отход от Печального Языка и ускоренный марш на соединение с основными силами отодвинул генеральную баталию почти на два месяца.

Не знай Арно о выходках однокорытника на Языке, он бы нипочем не догадался, что Придд говорит не с чужих слов. Дриксы и не догадались.

– Фок Рейфер был раздосадован догадливостью командующего талигойским авангардом, – фок Вирстен в самом деле был язвой. – Он полагал, что форт на Долгом мысу будут оборонять более упорно. Похоже, наш шадди."

"Взмах вытканных крыл знаменовал очередную процессию с подносами. Арно украдкой принюхался: чем-то напоминающим шадди действительно пахло. Долговязый дрикс в фартуке с монограммой водрузил перед виконтом сверкающий подносик с чашечкой, сахарничкой, лебедем-сливочником и еще чем-то, похожим на пивную кружку с крышкой и еле заметным носиком. Как открывается это чудо, виконт не представлял – «быкодеры» полупленника-полугостя шадди не поили, а пива он не пил сам. Рассеянно повернув сливочник, Арно покосился на Бруно; тот нажал на самый верх ручки, и крышка, по-синичьи тенькнув, отошла.