Шторм моей любви

Четырех киллеров дружно вытаскивали из дома ногами вперед, на что с ужасом смотрел последний, надеясь, что его отпустят.

– Я не знаю, где она! Говорю же, не знаю! Твою мать. Когда алкаш сказал, что там что-то ломают и ему нужны еще деньги, мы закрыли его в чулане, а через время на обходе увидели разбитое зеркало. В комнате лежал только скрученный муж этой телки.

Мощный удар в лицо убийце не заставил себя ожидать. Послышался хруст челюсти и пронзительный скулеж. Мужик взвыл и зарычал:

– Не бейте! Я не трогал ее.

– Знай, лично шею сверну, если соврал.

– Нет. Не трогал. Она без сознания была. Я только шубу снял. Себе положил. Жене хотел.

– Валерия сбежала? – гневно уточнил мужчина.

– Да! Но один хрен, она уже замерзла, ведь одежда…

Шторм с яростью сжал его шею, не давая дышать, и процедил:

– Убью…

В комнату вошел Сысорев Виталий и спокойным тоном заявил:

– В кладовой два трупа. Старик на вид бомж и как я понимаю, Сетунов.

Грызлов схватил пятерней лицо мужчины и сжал, отчего тот заскулил и прокричал:

– Это было наше задание, а раз этот недоумок не справился, мы и пристрелили его. За бабой пошел Вован, но он до сих пор не вернулся.

Шторм с дикой свирепостью вдолбил его в стену и врезал кулаком в живот, отчего жертва стала кашлять, захлебываясь своими слюнями.

Не теряя времени, Андрей кинулся на улицу и, обойдя дом, направился к разбитому окну. Развернулся в сторону огорода и, увидев следы: маленькие и большие, быстрым шагом пошел вперед, думая только о том, чтобы Валерия не замерзла, и чтобы ее не настиг убийца.

Как никогда он сходил с ума, переживая и ругая себя, что не кинулся сразу сюда. Так бы и сделал, если бы не знал отца. Андрей Николаевич специально все продумал, рассчитывая, что он пойдет сюда. Если бы он так поступил, сестры уже не было в живых. Чего старик не знал, что сын уже находился в его доме, переворачивая все вверх дном и прослушивая записи, которые сохранились за последний день. Другие были удалены, а эти видно не успели.

Та, кто являлась отвлекающим маневром, оказалась полезна, когда ей не удалось уйти. Охотник поставил на прослушку ее телефон, и как только Елене Валентиновне утром позвонили, сказав, что она может уходить, Сергей бросился в дом и перехватил уже на выходе, вызывая своих людей.

Женщина молчала, пока не похитили Валерию, и Шторм как с цепи сорвался, до ужаса пугая своим неадекватным поведением Хорову. Не получая ответа, но, увидев с какого номера пришел звонок, позвонил в больницу другу деда и произнес лишь одну фразу:

– Королек – мой отец?!

Образовалась тишина, а потом послышался ответ:

– Да, но не убивай сам, сдай полиции. Знаю, что тяжело, но тебе жить нужно, а не срок мотать на зоне.