Скандальная связь

– Психологическая зрелость говоришь, да? – задумчиво тяну я. – Это не совсем так. У нас в семье не принято истерить. Мама и папа такого себе не позволяли, и надо же – мужчина мне такой же достался! Все просто.

– Мужчина? Достался? – насмешливо переспрашивает везунчик.

– Ну ладно. Сама выбрала. И я пьяненькая помнишь, да? – голос звучит мягко и тихо. – Могу глупости говорить. Не принимай близко к сердцу. Это всё градусы.

Я остаюсь стоять в белье. Эрик, ухмыляясь, обводит глазами мою фигуру, и улыбка становится шире.

– Секса в таком состоянии у меня, если что, никогда не было и...

– Не будет, – обрывает он и командует: – В кровать, лори. И одеялом накройся.

– Я душ хотела принять.

– Так поспишь. Побереги мою спину, а то из ванной на себе, похоже, придется тягать. Сейчас принесу воду и таблетки на случай, если утром будет трещать голова.

Эрик ненадолго покидает спальню, а когда возвращается, я уже лежу в кровати, свернувшись в клубок под одеялом.

– Мне не свойственно много пить, – говорю в свое оправдание. – Извини, если у тебя в планах было какое-нибудь очередное распутство с моим участием в главной роли.

– Да закрывай ты уже глаза, алкашка, и спи, – опять смеется он.

Делаю, как велит Эрик, пропустив мимо ушей обидное слово. Проваливаюсь в сон почти сразу же и чувствую, как везунчик обнимает меня, притягивая к себе. А может, мне это снится? Потому что обычно мы спим с Багдасаровым по разным сторонам кровати и пересекаемся лишь для того, чтобы позаниматься сексом.

35 глава

Домой мы возвращаемся в конце недели. Втроем. Эрик, Янис и я. Оба брата не в духе. Это заметно. Про загруженность везунчика я немного в курсе – какие-то неотложные дела и проблемы, которые перешли в разряд неразрешимых и требующих личного присутствия, а что случилось у Яна – без понятия. Багдасаров-младший выглядит злым, разбитым, глаза мечут молнии. Они у него как хамелеоны: когда в хорошем расположении духа – карие с зеленоватой радужкой, а вот в такие моменты, как сейчас, – на черные угольки похожи. Зато у везунчика глаза всегда с теплым оттенком. И перепадов настроения практически не бывает. Мой хладнокровный, сдержанный кардинал. Про «мой», конечно, спорно, но за эти дни я очень привыкла к его присутствию в своей жизни.

– Подвинься, чокнутая. – Ян садится ко мне на диван, пока везунчик, вставив наушник в ухо, пытается работать за ноутбуком.

– Не называй меня так. Или буду в открытую дразнить полудурком.

Янис развязно улыбается, зло сверкает глазами.

– Я же любя, чокнутая. И только когда у нас тет-а-тет.

– Рано для любви. Мы с тобой почти не знакомы.

Эрик задерживает на нас внимательный взгляд, заметив, что мы уединились. Янис закрывает меня от брата широкой спиной. Есть в младшем одна дурацкая черта.