Скандальная связь

Я бы рявкнул ему, но он тебе потом на полдня заведет шарманку, что я всю рыбу ему распугал и сом с крючка сорвался. Десятикилограммовый.

– Идите уже. А то простынешь.

Я закусываю губу и почти всю дорогу до дома сдерживаю смех.

– Ну что молчишь? – Эрик толкает меня локтем в бок.

– Ты и впрямь охламон, Багдасаров! Мог бы ведь и предупредить. Я попала в дурацкую ситуацию. Что теперь обо мне твоя бабуля подумает?"

"– Что мне хорошо с тобой. – Он обнимает меня за плечи. – Они адекватные, а вот от отца и матери не жди подобного радушного приема и тепла в глазах. Оба сухари, и амбиций херова туча. Ну это и понятно, отец – глава большого бизнеса чуть ли не с пеленок, мать вечно на каких-то симпозиумах, состоит во всевозможных благотворительных организациях. Родители дома и не бывают толком. Но есть шанс, что в старости одумаются. Домик неподалеку Рим для них прикупил.

– Хочешь сказать, что привез меня сюда, чтобы познакомить с родными?

– Ага. Ну и еще соскучился по этим местам. Давно здесь не был. Дед, после того как закончил карьеру и на пенсию вышел, начал отстраивать поселок. Мы с Яном поначалу помогали.

– А дедушка с бабушкой знают, что тебе нужна новая операция?

– Рим знает, а у бабули сердце пошаливает. Не будем ей ничего говорить.

Мы возвращаемся в домик. Эрик снимает с меня ветровку и лезет холодными руками под футболку, вызывая рой мурашек на теле.

– Ты все же удивительный мужчина...

– Почему?

– Ну ладно, для всех остальных, может, и обычный, но для меня удивительный.

– Почему? – настаивает везунчик, прижимая к стене.

– Ну хотя бы поэтому. – Опускаю глаза на его эрекцию. – Ты, может, вместо обезболивающего «Виагру» в себя закидываешь? Ну-ка, дай упаковку. Посмотрю, что ты там пьешь.

– «Виагра», да? – улыбается Эрик, берет меня за руку и ведет к кровати, а когда я оказываюсь на ней, наваливается сверху. – Деда видела? Подумаю о допинге в его возрасте, а пока терпи. И грей меня. Я замерз.

– Я сбегу от тебя к волкам.

– Ага, помечтай. – Он снова входит в меня резким толчком и запечатывает рот поцелуем.

Я сопротивляюсь и пытаюсь выбраться, но только лишь для вида, а потом впускаю язык Эрика в свой рот, развожу колени шире и растворяюсь в запредельных ощущениях.

– Эрик… – хриплю, когда он продолжает истязания, и впиваюсь пальцами в его шею. Хочу, чтобы посмотрел на меня.

Везунчик задерживает на мне мутный взгляд.

– На всякий случай хочу, чтобы ты знал... Вдруг я не доживу до утра...

– Ну, – широко улыбается он и делает мощный, сильный толчок, выбивая из легких весь воздух.

Господи, надеюсь, мои ноги не будут коромыслом после этой поездки?

– Я люблю тебя… Мне хорошо с тобой… Очень хорошо.

Эрик замирает на доли секунд. Вид такой, будто я его по голове приложила.