Скандальная связь

Везунчик показал, как у нас может быть. Не сказал, не пообещал, а именно показал. Поэтому я должна держаться. Ради нас. Он обязательно придет в себя и улыбнется мне, скажет какую-нибудь смешную глупость, и все будет как прежде. Нужно только немного подождать…

Дома включаю телефон и проверяю сообщения и звонки. Их куча. От Жанны, Дани, Тёмы, Яниса, тети. Знаю, что заставила всех переживать, что они звонили поддержать, но сейчас это бессмысленно. Никакие слова меня не подбодрят. Зато после всех своих слез и мыслей об Эрике я еще яснее начала осознавать, какой везунчик сильный. Ведь он взял на себя заботу о нас двоих, оградил меня от любых волнений. И похоже, не только меня. Поэтому выглядел таким разбитым и уставшим последние несколько дней?

Пишу в черновиках: «У меня все нормально. Я сплю дома», делаю рассылку всем, кто отметился в сообщениях и звонках, и снова отправляю телефон в беззвучный режим. Нахожу в аптечке обезболивающее, потому что живот не перестает ныть. Запиваю таблетку и иду в душ, а потом ложусь в кровать. Вырубает почти сразу, но под утро я просыпаюсь в слезах и с бешеным сердцебиением, вымотанная, потому что приснился везунчик, его улыбка и карие глаза, наша недавняя поездка в домик у озера. Мука. Нескончаемая и невыносимая мука… Ожидание и страх утомляют больше, чем любое физическое недомогание.

Иду на кухню и пью воду. Возвращаюсь в спальню и пытаюсь уснуть, но не успеваю оказаться в яме сновидений, потому что слышу звук открывающейся входной двери и громкий хлопок. Я подскакиваю в кровати и фокусируюсь взглядом на человеке, который появляется в дверях спальни через пару мгновений.

Янис выглядит помятым и лохматым. Глаза черные. Губы бледные. Не в настроении – это заметно. Как же все-таки они похожи с Эриком. Я сжимаю челюсти и отворачиваюсь, пряча лицо. Ян подходит ближе и садится на кровать. Долго молчит, а потом тяжело вздыхает:

– Спала, да? Дома?

– Да, – тихо отзываюсь.

– Я приезжал! Не было тебя здесь! Ждал два часа, а потом уехал. Где ты была, Регина?

– По городу каталась. А потом вернулась и спать легла. Мне нужно было побыть одной.

Снова повисает гнетущая тишина.

– Знаешь, Регина… – Еще один протяжный и долгий вздох, как будто Ян собирается с мыслями. – С недавних пор я ужасный эгоист. С тех самых, когда на глазах близкий человек вниз сорвался, наплевав на мои чувства и усилия не допустить в семье новой трагедии. Я не выбирал это, не хотел смотреть на брата, лежащего без движения у подножья скал. И потом долго в кучу себя собрать не мог после этого. – Он переводит на меня испытующий взгляд.

Я молчу и кусаю губы."

"– Это падение и понимание, что Эрик выбрал мою жизнь, а не свою, сильно ударило по психике. Кошмары до сих пор снятся, и ощущения после пробуждения отвратительные.